В истории каждого народа есть события, которые постоянно окружены атмосферой благодарной памяти потомков. Если взять только военную историю, то увидим, что, например, поляки с особенным пиететом вспоминают о победах под Грюнвальдом и Рацлавице, россияне – на Куликовом поле, немке, – под Ватерлоо и Седаном... Эти победные битвы в ходе справедливых войн были направлены на освобождение своего народа от иностранного господства, на оборону своего независимого государства. Поэтому и изучают историю этих битв на школьных рядах, потому и пишут о них книги и снимают фильмы, потому в честь их участников сооружают памятники.

И только в условиях колониального состояния страны такие традиции нарушаются, потому что захватчики стремятся стереть эти славные события из памяти порабощенного народа. Классическим примером может служить история с битвой Конотопа. В ходе этой битвы, которая состоялась 9 – 10 июля (29 – 30 июня) 1659 года, украинская армия вдребезги разгромила оккупационные русские войска.

Через несамостоятельное положение Украины в исторической науке насаждались те концепции, те взгляды на историческое прошлое, которые отвечали интересам другого государства, битва Конотопа этом интересам никоим образом не отвечала. Более того она напоминала русским великодержавцям шовинистам о наибольшем в Европе военном поражении, и поражении, именно от украинцев. Это упоминание для их имперского сознания было уж слишком болезненным...

Прежде чем повести речь непосредственно о битве Конотопа, нужно сжато охарактеризовать те исторические условия которые ее вызывали. Следовательно в разгар Национально – Освободительной войны Б. Хмельницкому пришлось заключить военный – политический союз с Московским государством (в 1654 году). При всех его недостатках, договор был равноправным, а значит и взаимовыгодным. Однако московское правительство пошло «своим путем», с самого начала рассматривая договор 1654р. как временный. Давление со стороны Москвы на независимую Украину усилилось после смерти Бы. Хмельницкого. Москва активнее поддерживает за спиной законного украинского правительства оппозицию, которую возглавляли авантюристы и политические демагоги.

Московские воеводы, которые сидели в Киеве со своим гарнизоном, все более нахально вмешивались во внутриукраинские дела, в нарушение воли гетмана Ивана Виговского, стремились закрепиться в главных городах Гетьманщины. В конечном итоге подстрекаемая извне оппозиция за оружие, и Виговский должен был ответить тем же. Русские войска под предлогом борьбы с «смутой» начинают вооруженное наступление на Украину. Откровенно враждебные действия Москвы вынуждают Виговского кардинально поменять внешнюю политику Украины. Возобновляется союз с Крымским ханом, а 18 сентября 1658 года был подписан Гадяцкий трактат с Вещью Посполитой. Последний имел в целом равноправный характер и в перспективе вел к созданию Вещи Посполитой «трех народов», то есть к Короне Польской и Великому княжеству Литовского присоединялась и Украина под названием Великого княжества Руского. Украинская армия ведет борьбу против русских войск, которые не останавливаются и перед кровавыми репрессиями. Войсками Украины и Беларуси и частично Сиверщини руководил полковник Иван Нечай, брат знаменитого Даниила Нечая, зять Бы. Хмельницкого.

Глухивский полковник Филипп Уманець окружил большие части русской армии под Новгородом – Сиверским. На Левобережье вел свои оборонные бои полковник Иван Гуляницкий. Сам Виговский во главе наилучшей части войска перешла граница и осадил Каминске, а союзные ему татары совершили набеги на Недригайлив и Цареборисив.

Русская война становилась масштабной и к тому же усиливалась внутриукраинской гражданской. В Украину было направлено большое русское войско во главе с князем О. Трубецким. Его численность кое-кто оценивал в 360тис. чел. хоть в действительности оно было меньше (бл.250тис. чел.). Небольшие Украинские заслоны отошли в г. Серебряный (Прилуцкий полк под командованием П. Дорошенко) и в Конотоп (Нежинский и Черниговский полки под командованием И. Гуляницкого) В Серебряный отправилась часть русских войск под командованием Семена Пожарского, которого разбив прилучан, завладел городом. Часть жителей Серебряного была перебита, часть взята в плен. 16 апреля 1659 года Трубецкой подошел в Конотоп. 21 апреля приспело остальное русское войско под командованием князей Г. Ромадановского, С. Львова и Ф. Куракина. Началась почти трехмесячная осада Конотопа, который мужественно защищали 4 тыс. казаков и местные жители. Вскоре сюда стянулись все царские войска, которые вышли из Слобожанщины.

Успешная оборона Конотопа дала возможность Виговскому выиграть время и собрать достаточно большое войско, которое насчитывало около 60 тысяч. Добился гетман и того, что сам хан с 40 тысячной ордой отправился ему на подмогу. Виговский не очень спешил под Конотоп, ожидая приход хана. Как только крымские вйска подошли на Крупич – полет, сразу же события стали разворачиваться значительно быстрее. 24 июня под Шаповаливкой Виговский разбил значительный московский отряд. 9 июля (29 июня) 1659 года в день св. Петра и Павла Виговский подошел к Соснивской переправы под Конотопом и ударил на 15 – тысячный русский отряд, который защищал ее. Драгуны украинского войска оттисли врага, а конница, переправившись через мост, начала громить его. (орда оставалась за Соснивкой – рекой в секрете от врага). Увидев немногочисленное украинское войско, князь Пожарский приспел на помощь своим 15 тысячам. Виговский преднамеренный стал отступать, а Пожарский с основными силами русского войска (вторая, меньшая часть, осталась под стенами Конотопа) погнался за казаками. Наступил момент, когда одна часть его войска уже выскочила мостом на противоположный берег, вторая еще готовилась переправиться.

Именно в этот момент разлилась река, которую успели загатить люди Виговского. Тяжелая московская конница застряла в топких местах реки. Именно в это время украинское войско развернулось на 180 градусов и перешло в контратаку, ударили казаки из засад, примчала разделенная на две части орда. Взятая московская армия очутилась в безнадежном положении и таяла на глазах от огня и сабель, тонувши в воде. Тем конникам Пожарского, которым удалось вырваться из кольца, пришлось отражаться вплоть до стен Конотопа от налегающей украинской и татарской конницы. Поздно вечером перед глазами наступающих союзников московское войско стало отходить из-под Конотопа. Увидев, как разворачиваются события, на него ударил из Конотопа Гуляницкий со своими казаками, захватил часть артиллерии, обоза, уничтожив немало врагов. В это время Виговский, которое подошло впритык к враждебному лагерю, велел своему войску окопаться, чтобы предупредить возможную атаку и это сделано было вовремя. Бой под стенами Конотопа был очень жестоким. Сам Виговский, что руководил битвой, немного не погиб. Московское войско не выдержало и стало отступать лагерем к Путивля, отражаясь в течение следующего дня от украинских казаков и татар. Если бы подошла ожидаемая иностранная наемная пехота, которую король обещал прислать Виговскому, вряд ли удалось кому-то спрятаться за стенами Путивля. Но и так результаты битвы поразили. Украинская армия потеряла погибшими 4 тыс. казаков, орда 6 тыс., а московская - от 40 до 50 тыс., хоть некоторые источники подают большую цифру (даже 130 тыс.). Было взято в плен князя Пожарского (какого хан приказал казнить), князя Ляпунова, двух Бутурлиних, еще ряд военачальников, несколько тысяч солдат и офицеров. Донеслась весть и в Москву. Образно об этом написал русский историк 19ст. С. Соловйов: «Цвет московской конницы, который отбыл счастливые походы 1654 и 1655рр., погиб за один день, и уже никогда после того царь московский не был в силе вывести в поле такого блестящего войска. В жалобной одежде вышел царь Алексей Михайлович к народу и ужас напал на Москву. Трубецкий, на которого возложили наибольшие надежды, муж на войне счастлив и врагам страшный, потерял такое огромное войско! После получения стольких городов, после получения литовской столицы царская Москва теперь задрожала за свою собственную безопасность: из приказа царя люди всех состояний поспешили на земляные работы из укрепления Москвы. Сам царь с боярами неоднократно приходил смотреть на эти работы. Обитатели околиц со своими семьями и имуществом наполнили Москву, пошел слух, что царь выезжает на Волгу, за Ярославль».

После битвы Конотопа Виговский подумал уже о повторении похода Сагайдачного и Михаила Дорошенко на Москву. Однако его грандиозная победа не привела к выигрышу войны и основной причиной этого был раскол украинского общества, разные группы которого по, – разному видели независимую Украину, по-разному видели ее уклад, внутреннюю и внешнюю политику и для достижения своего не останавливались перед применением оружия. Дали о себе знать века бездержавности и это в значительной мере способствовало разгулу анархии и всевозможных оппозиций, которые легко становились орудиями в руках иностранных сил.

Как раз после битвы Конотопа взорвалось новое антиправительственное восстание. Во главе его был поставлен несовершеннолетний Юрий Хмельницкого, который был совсем неспособен к управлению государством. На Крым ударил Иван Сирко, заставив этим хана спешно покинуть Виговского и повернуть назад. С новой силой воспламенялась гражданская война, воспользовавшись чем, московская армия опять появляется в Украине. Не желая уничтожения Родины, Виговский составил булаву, которая была передана Ю. Хмельницкому. Вскоре новый гетман под натиском московского войска был вынужден подписать 17 октября в 1659 г. новый московский – украинский договор. Он был неравноправным для Украины, которая из независимого государства превращалась в автономную единицу в составе Московской империи.

Невзирая на все последующие события, невзирая на все неиспользованные возможности в борьбе за независимость, битва Конотопа была и остается одним из славных символов национально – освободительной борьбы украинского народа, она удостоверяет высокий моральный дух и высокий уровень военного искусства Вооруженных Сил Украины. Ее опыт еще раз засвидетельствовал, что будь – какие военные победы остаются безрезультатными, когда отсутствующее единство народа, когда фундаментальное национальное в общих чертах дело получения государства подменивается борьбой за интересы одного класса, группы или партии, которая имеет своим следствием гражданские конфликты и войны, потерю своего государства.

ЮРИЙ МИЦИК, доктор исторических наук, профессор Днепропетровского государственного университета

Украинцам – руссам – русичам - русинам от самых давних времен до Киевского объединения славян Среднего Поднипровъя под руководством Кия и позже все время приходилось жить в экстремальных условиях с опасными соседями с востока и Северу. Через Украину-Русь пролегали важные торгово-стратегические пути по Днепру и суходолу, — это «путь из варягов в греки» по Днепру и «Муравский путь» из Крыма через Харьковщину с его восточными и западными ответвлениями и «шелковый путь» с Европы к востоку до Китая и Индии.

Никто не знал, когда и сколько подвинет торговых валок и в каком направлении. Каждая валка имела свои отряды самозащиты. Каждый сухопутный чумак-торговец, гость или судоходный гость, был одновременно и торговым человеком и хорошо вооруженным воином. При определенных условиях он был учтивым лавочником, а иногда и грабителем, который захватывал добро местных людей и определенные пункты на своем пути и собирал дань из местных людей. Примером этому могут быть Аскольд Дьюри за прозвищем «Зверь».

В таких условиях местным племенам приходилось быть всегда наготове, иметь боеспособные отряды самоохраны из опытных, храбрых воинов и такими же вожаками, способными принимать молниеносные правильные решения. Вожаками отрядов избирали сильные, храбрые, мудрые, опытные и некорыстные лица, авторитет которых был неопровержимым. В руках вожака, как правило, сосредоточивалась и гражданская, и обычно судебная власть. Родовитость и богатство к вниманию не брались. Вот здесь и начинается украинский менталитет — нетерпимость к алчным родовитым и властным бездарностей. Вожак держался при власти по согласию вича племени или рода до тех пор, пока он своими действиями оправдывал доверие одноплеминцив. Вот такая демократия в Среднем Поднипровъи и Запорожской Сече сохранилась вплоть до конца XVII ст. н.э. Яростными сторонниками ее были народные низы. Новые общественно-экономические отношения на Юге Украины ускорили развитие производственных отношений. Отсутствие крепостничества, применения вольнонаемного труда, на территории сечевых паланок создавали и новую административно военную администрацию «Казацкую республику» на сечевых пространствах. Сечь — это не только казацкий гарнизон на том или другом острове Днепра. Это новая военная производственная организация украинского народа на свободных запорожских землях.

Паланки обеспечивали Сечь всем необходимым. Внешние закупки сечевиков сводились к минимуму. На Сече заботились о производстве оружия, изготовляли пушки, изготовляли порох на «площадях», развивали коневодческое, овцеводство, скотоводство, ткачество, гончарство, рыболовство, сапожничание, портниху, чинбарство, поощряли гражданское и военное образование. В Сече была должность атамана по образованию. Сечь была найдревнишим университетом на Украине. Не закрепив свое гражданское образование приобретенную где угодно сечевой, украинцу нечего было надеяться занять должность даже сотника.

Изготовление пушек на территории Ингулецкой и Самарской паланок, где были вековечные пралеса и запізо-марганцеві руды, привело казаков путем проб и ошибок к започаткуваня использованию реактивного действия пушечных жерл при штурме крепостей. Залп пакета жерл пушек разносил на друзки ворота врат дорогой крепости. Сагайдачный, Хмельницкий, Сирко и другие атаманы сечевиков, брали штурмом такие крепости, которые были не по силам любой феодальной армии европейских монархов. Силу казаков Сагайдачного, Хмельницкого, Сирка, Виговского, Богуна, Кривоноса и других, знали в Крыму, Турции, Франции, Испании и Московии. Французы годами не смогли взять Дюнкерка, а Сирко получил его за одну ночь. В Барселоне еще и до сих пор существует запрещение употреблять имя Ивана Сирка. Новое свободное казацкое общество породило и новую, прогрессивную стратегию и тактику, свойственную умственные свободного человека. Ни одна подневольная армия крепостника не могла уравняться с казацкой, потому что каждый казак в бое осознавал свою цель, не был скован в своих действиях, был подготовлен к бою на основе передовой тактики боя, имел право на инициативу и командный рост. Казаки Сагайдачного, Хмельницкого, Сирка, Дорошенко, Виговского и других удивляли всю феодальную Европу и Турцию, которые были охвачены страхом распространения казацких республиканских основ на их государства. Именно на Украине формировались предпосылки республиканской конституции Филиппа Орлика, почти на сто лет, опередив конституции США и Франции. Однако успехи казакам давались нелегко. Они им стоили большого пота, усилий и крови в борьбе с чужестранцами и не меньших усилий, приходилось тратить на борьбу со своей изменчивой мелкой и большой казацкой старшиной, которая имела целью лишь корыстные интересы.

Самым выдающимся преемником Б.Хмельницкого во всех отношениях был Иван Остапович Виговский, но на его украинском государственно созидательном пути наершилась алчная и ограниченная казацкая старшина. ее очень не устраивали традиционные казацкие обычаи и непослушание мятежных крестьян. Казацкая старшина больше заботилась о своих интересах, пренебрегая элементарными интересами крестьян и мещан. Старшина не могла сама управиться со своими вольнолюбивыми крестьянами, а потому искала поддержки у коронованных лиц и их эмиссаров на Украине.

Вот такая древняя демократия на Украине конца XVII ст. как больной зуб или скалка в пятых мордовала Польшу, Московию и Турцию. Казацкая республика Украина была на пути Польше — укрепиться на пространствах от Балтики к Черному морю, Турции — завоевать Европу, а Московия — захватить Босфор, Дарданели, Ближний Восток с Иерусалимом и Балканами, 3-й Рим склепать! Все монархи Европы и Порта были единственными против Украины, потому что она угрожала их феодально-крепостнической системе.

Б.Хмельницкий, И.Виговский, а затем и И.Мазепа понимали это и разрушали антиукраинские союзы и силой оружия отражались от внешних врагов, играя на их противоречиях. Лучше всего это удавалось Б.Хмельницкому и его писарю И.Виговскому. Но слишком были неравные силы гетманов и узкий круг украинских патриотов в гетманском окружении и большое количество ограниченной казацкой старшины, которое сдерживала лишь твердая рука Б.Хмельницкого.

Большого вреда Украине наносила такая одиозная фельдегерска должность как «наказный гетман». Там, где не мог быть присутствует гетман, он посылал туда своего посланца с запасной булавой и универсалом как заместителя гетмана и казаки уважали его как гетмана. Ограниченный, но славолюбивий «наказный» поражался бациллой гетманской славы. Кроме того на содержание гетмана (на ранг) давалось 100000 дворов (сто тысяч дворов посполитых крестьян). Слава и жадность тупой старшины наплодила в XVII ст. силу зрадникив-наказних гетманов на горе Украине и они запродували ее вусебич.

При своей жизни Б.Хмельницкий своевременно не позаботился о своем преемнике и народ об этом ничего не знал. Внезапная смерть Богдана (отравление ли) смутила генеральную старшину, в большинстве его родственников. Началась грызня за власть, потому что гетманский ранг вычислялся в сто тысяч дворов посполитых крестьян по всей Украине. Каждый считал себя самым достойным претендентом на гетманскую булаву.

ТВОРЦЫ БОЛЬШОЙ РУИНЫ

Достойнийшими за И.Виговского считали себя М.Пушкар, П.Тетеря, И.Безпалий, П.Апостол и другие. Они вусебич вели интриги против него своими доносами королю и царю. их стукацтво было основанием для Варшавы и Москвы вмешиваться в украинские дела. Не на высоте оказался и Иван Сирко с Запорожским Кошем по делам защиты украинской государственности. Совместными усилиями они и сделали невозможными попытки И.Виговского создать крепкое Украинское государство.

Казацкая старшина собственными силами не могла держать в повиновении свой народ, который не хотел ни польского холопского, ни московского рабского крепостничества, ни турецкого гаремно-галерного исламу, а хотел свободного казацкого строя. Старшина начала искать поддержки своих привилегий и власти над своим народом кто в Москве, кто в Варшаве или Стамбуле. Междоусобная грызня старшины обескровила Украину и превратила ее в «Большую Руину». Тогда говорили: «От Богдана к Ивану (Мазепы) не было гетмана (1657 — 1687 годы). Междоусобную старшинскую потасовку найпидлише использовала на свое несчастье Польша с русским царатом.

Из всех преемников Б.Хмельницкого больше всего выделялся интеллектом, образованием, хитростью, военным талантом и дипломатичностью И.Виговский. Именно его и хотел видеть при своем сыне Юркови консультантом Б.Хмельницкий. Однако, черная зависть и интриги П.Тетери, М.Пушкаря, И.Безпалого, П.Апостола, Ханенко, И.Брюховецкого и других польско-московских стукачей сделала невозможными попытки И.Виговского создать крепкое Украинское государство. Русский царат через В.Шереметьева, О.Трубецкого, Г.Ромодановского и Семеона Пожарского, хотел обманом арестовать гетмана И.Виговского и свести на нет демократические основы на Украине, но И.Виговскому эти пщли намерения стали известны. В каких же условиях заваривались эти гадкие щи московского царата?

ЛЕТОПИСИ О ПОГОДЕ В XVII Ст.

Климатические изменения в Европе начались еще в четвертичному периоде палеолита. Причины похолодания разные, но самые главные из них — космические катаклизмы, которые состоялись в космических пространствах, через которые пролегала орбита Земли. В так 11541 году до н.э. очень сближались орбиты Земли, кометы Галлея и орбита метеоритного каменного пояса Солнечной системы, с массовым выпадением на Землю и Луну огромных каменных глыб. Это вызывало на Земле невероятно сильные штормы в океанах, мощную вулканическую деятельность, землетрясения, цунами с потопними явлениями в Европе, изменение полюсов и экватора Земли, зледениння, в Европе. Потепление в Европе возобновлялось очень медленно.

Согласно летописей Киевской Руси региональные похолодания были частыми явлениями. Так холодными были зимы и весны 1605— 1615 лет (десятилетний цикл). Очень холодными были зимы и дождевые лета в 1657 и 1658 годах. Холодные и дождевые полиття изменялись засушливыми и нашествием саранчи. Такую 1683 году во второй раз зацвели деревья (даны Мазуринского летописи).

В 1653 году очень пострадал юг Московии от дождевых ливней и градобития (Брянск — Севск — Воронеж). В 1657 году Московию опять постигли большие ливни и градобитие, перед началом которого в высоких широтах вся небесная сфера пылала разноцветным северным сиянием («знаменательное небесное к беде и пожарам»). В 1658 году Московию опять постигла холодная зима с метелями и засушливым летом. Такая же погода в Московии была и в 1659 году с затяжными ливнями, градобитием и нашествием саранчи. В Московии начался голод. Купцы и монастыри имели запасы хлеба, но скрывали его для свинчивания цен и закабаления простолюдинов. В 1659 году холодная зима и недороды постигли и Украину, но в меньшей степени Полесье и лесостепь Конотопщини.

Голод в Московии вызывал беспорядок крестьян, разбое и грабеже на дорогах. Москва тоже была окружена толпами голодного люда. Царат с боярской Думой решил поправить свои трудности за счет Украины, усилив экспансию к черноморскому побережью. Царат начал формирование армии с разбойных отрядов для ликвидации казацкого самоуправления на Украине. Одновременно царат вел коварные интриги на Украине, привлекая на свой бок лестью и обещаниями изменчивую промосковску старшину.

От купцов, своих разведчиков, с перехваченных писем фельдегерив до В.Шереметьева и О.Трубецкого И.Виговский своевременно узнал, что его хотят арестовать. Однако, он продолжает любезную переписку с царем и московскими воеводами, чтобы выиграть время пока найдет новых сообщников в лице татар, польских добровольных отрядов гусар и затяжных (наемных) отрядов сербов и Молдовы. Московские воеводы преобладали И.Виговского количеством своих воинов, но это сборище грабителей было неповоротливо, плохо вооружено и что хуже научено военному делу как искусству.

И.Виговский медленно приближался с Чигирина до Биловежжя Нижинщини, избрав свое ранговое имение Крупичполе как ставку и центр сбора и учебы отрядов своих казаков, держа в неведении московитов о своих силах. Проливные дожди и розбагнючений степь мешали двигательные обозов с продовольствием и группами скота и коней, но каждый казак-конник имел свои неприкосновенные запасы. Регион Биловежжя И.Виговский использовал для пополнения своих запасов соленой рыбы, скота, сена, пшена, гречневой крупы, хлеба и вооружения. Как только прекратились дожди и подсохла степь, подошли к с.Голінки татары, И.Виговский по настойчивой просьбе Ггуляницкого о помощи, двинулся в Конотоп, а ему навстречу выступил С.Пожарский из-под Конотопа. Место решающего боя навязал С.Пожарскому И.Виговский — с.Соснівку.

Моральное состояние московских воинов было на низком уровне. Укомплектованные из розбийно-грабижних отрядов для грабежа на Украине — у них не было ничего святого за душой. Забито, запугано московское «воинство» своими командирами держалось кучи лишь страхом. Множество раз истязаемый и «меченый» своими крепостниками, московский крепостной с удивлением увидел на Украине свободного крестьянина не такого как в Московии, сеченого на конюшнях, и это поражало вооруженного московского холопа, ухудшало его боеспособность. Множество раз обворованного голодного холопа трудно было без конца дурить. Грабеж в глазах пидневольного москаля становился обнаженным, средством наживы своих командиров, которые имели свои обозы награбленного. Забитого и забитого москаля ошеломляли солнечные и месячные затмения, мощные северные сияния, «круги» и «столбы», вокруг месяца и призахидного солнца с несколькими солнцами и месяцами. Все эти природные явления нагоняли на суеверного москаля страх. Такая армия держалась кучи лишь при успехах и безнаказанных грабежах, а при неудачах превращалась в отару овец и на ясырь для татар. Московский крепостной «воина» больше думал не о победе, а как бы его не закатывали перед строем тупые князья или истязали кого-то другого, а не его, только не его! Такой воин никогда не был надежным в бое. Забитый крепостной москаль оказался плохим воином и под Конотопом. Обезоруженное Московское государство спасла лишь измена своего народа продажной укринской казацкой старшиной, какую Т.Шевченко отнес к разряду «грязи и смитть».

ПРОВАЛ ЛОВУШКИ НА И.Виговского

Следовательно для ареста И.Виговского в 1659 году на Украину было послано свыше 200000 воинов во главе с О.Трубецким, Громодановским, С.Пожарским. С.Львовим, Ф.Куракиним, П.Скуратовим и другими. Лишь на захват Конотопа было брошено

40000 воинов. 70-дневная осада крепости началась 21 апреля. Обороной крепости руководил полковник Г.Гуляницкий. Штурмовать Конотоп помогал О.Трубецкому «наказный гетман» из воли Г.Ромодановского, советами какого О.Трубецкий пренебрегал.

Московские военачальники планировали взять крепость одним махом и отгулять пасхальные праздники надармивщину и захватить запасы города, но конотопчани внесли поправки в это планирование, — они защищались мужественно с контратаками и ночными нападениями на москалей лед время туманных ночей. Три ряды оборонных валов и рвов перед валами надежно защищали город. Попытки москалей засыпать рвы были неудачными, потому что казаки этой землей за ночь крепили валы крепости. Гарматно-лучний обстрел москалей не достигал цели, а пушкари Конотопа вели неторопливый, но донимающий прицельный обстрел в ответ по позициям москалей. Конотопчанам в обороне крепости очень помогали топкие пространства перед валами. Зимой конотопчанам было бы намного тяжелее защищаться, но О.Трубецкой был не очень «книжен» и не читал летописи о штурме Липецка-Конотопа ханом Ногаем в январе 1283 года.

Ставка О.Трубецкого находилась за 10 км от Конотопа в урочище «Лагерь» на южной околице с.Підлипного. Руководство осадой и штурмом крепости проводилось с помощью «гонцов» (фельдегерив). Листоношни команды не всегда отвечали настоящей боевой обстановке и часто приносили больше вреда атакующим чем успехов. О.Трубецкой часто не хотел отрываться от «чревоугодия» и чаепитие в спокойной обстановке с выходками «потешных робят». Он часами не принимал донесений гонцов, чтобы не нарушать блазнювальни представления скоморохов.

Такое же артистическое паясничество наблюдалось и во время второй мировой войны (1941 —1945 гг.)

Несолоно хлебавши около валов крепости Конотопа во время штурмов, О.Трубецкой и его мудрагели решили повлиять на психику конотопчан. По территории сожженных куреней Вовкогонивки, Загребелля и Дрижчивки проводились целодневные маятниковые марши москалей на виду в конотопчан, чтобы продемонстрировать свою большую силу. Такая «хитристь»застосовувалась и в 1942 г. над Доном около Воронежа, чтобы испугать немцев большой силой: гоняя сюда туда 569 стрилковий полк целую ночь. Наследство! Во время бессмысленных маршей «Потешные робяты» носили с собой чучела повешенных на виселицах «казаков», «татар» и «поляков», а переодетых на казаков москалей били палками, они корчились, просили пощады и призывали конотопчан казаться в плен. Эта скоморошня лишь веселила казаков на валах. Ну как здесь не вспомнить вешания чучела И.Мазепи в Глухови царем Петром і и таскание чучела по Глухову и битье его цепами. Чисто московская злобная мстительность. Особенно увлекался выходками «Потешных робят» С.Пожарский во время своего марша к с.Соснівки.

Узнав о коварных намерениях царата, И.Виговский начал лихорадочно готовиться к отпору московской армии. Легкомысленничать такой опасностью нельзя было. Он спешно собрал отданные ему полки, договорился из Мехмет-преем о помощи, но не сообщил хану о количестве казаков, которых еще нужно было переформировать и научить до встречи с москалями. Гетман договорился с руководителями польских добровольных отрядов гусар А.Потоцким, Яблоновским и Липчинским о помощи и общих учебах с казаками в борьбе с московской конницей в степях Белых Башен. Гетман нанял «затяжные» (наемные) отряды сербов и Молдовы для усиления охраны ставки гетмана. Своей ставкой в Биловежжи гетман сделал свое ранговое имение Крупичполе. Казаки усиленно готовились к форсированию рек в ночное время, сооружение загатних дамб и затопление пойм рек, где предусматривалась атака на «врага», и ночное форсирование, конницей обезводженой реки ниже загатной дамбы. Что это новое в военном искусстве «по-виговскому», отзвук ли забытой праукраинской тактики прошедших времен?

Учебная тренировка казаков на Удаи и Остри оказалась слишком мокрой для москалей на г.Куколці, а потому эту позорную купель московская историография замалчивает все 340 лет и автору этих строк часто закидывали: «Зачем ты листаешь зти грязные страницы истории и даешь русским в нос?» (Москалев )И.Б..

Одновременно казаки заготовляли скот на свежее мясо, солому и вяленую рыбу, бондари делали липовые кадки для теста (жидкий хлеб), заготовляли пшено, делали телеги, ковали холодное оружие и багры против конницы, заготовляли порох и отливали пули, делали седла и конскую сбрую. Все делалось без принуждения, быстро и добротно. И.Виговский не хотел совместно с татарами переправляться через броды рек около с.Голінка но М.Самбора, чтобы татары не знали о настоящей силе его полков и играли вспомогательную роль. И.Виговский остерегался, чтобы Трубецкой не подкупил хана так, как король Казимир подкупил хана под Берестечком. Татары И.Виговскому нужны были больше для полного окружения москалей под Соснивкой и пленение их.

Во второй половине июня 1659 года И.Виговский повел свои полки от Крупичполя, Ивангорода и Белых Башен через Тиницю на Соснивку, проверяя их боевую готовность на марше.

Узнав о прибытии И.Виговского к с.Соснівки, О.Трубецкой прекратил штурм Конотопа и послал большую часть своих войск под командой С.Пожарского тоже к с.Соснівки. На помощь С.Пожарскому, как передовые отряды и разведчики, были предоставленные казаки наказного гетмана И.Безпалого («наказным» его сделал Г.Ромодановский). С.Пожарский не любил И.Безпалого и пренебрегал его советами. Казаки И.Безпалого по пути к Соснивки имели несколько мелких столкновений с разведчиками И.Виговского. С.Пожарский приближался к с.Соснівки как на степную охотничью прогулку. Бездарный и высокомерный матюхальник С.Пожарский зря пренебрегал подходящими советами своего лакузы быть осторожным при сближении из И.Виговским. Безпаливци почувствовали, как пристально следят за движением москалей «виговчики», но С.Пожарский двигался не торопясь и на степных «привалах» (отдыхе) пьянствовал и развлекался. «Потешные робяты» на привалах и на ходу устраивали герце из «виговчиками» и побеждали под возгласы и хохот москалей: «Дави хохлов!» Или пели только что созданы походни шлягери:

«Царь наш батечко родной
И болярин Семеон Пожарский
Нас ведут в поход степной
Уничтожить состояние татарский».

Другие колонны горлопанили:

«Князь Пожарский молодец удалой
Нас ведет походом.
— Куда?
— На Сосновку!
— Зачем?
— На базар!
— Что там купим?
— Самовар!
— Зачем?
— Будем ляхов, татар резать, хохлов бить!
— Будем чай горячий пить!
— Ура!

Созерцая за этой скоморошнею, «наказный» И.Безпалий цедил сквозь зубы своим приближенным: «Злигала нас недоля и плохой час с этими «болярами» и околоточными. Идут как теленки на Соснивску разницу и не считаются с предостережением». Ознакомившись с данными разведки, местностью, взаимным расположением войск и местонахождением ставки О.Трубецкого, за 10 км от своих войск. И.Виговский воскликнул: «Бог послал нам опять Пилявци и грех будет не повторить их под Конотопом!»

На общем совещании у И.Виговского было домовлено и дано указание казакам готовить переправу на виду в Пожарского через г.Куколку, позорить московитов и вызывать их на герце, вести голосни разговоры о завтрашнем утреннем бою. Вторая загатна дамба строилась тайком ниже по течии г.Куколки для заболачивания соснивского и шаповаливского русла Куколки и низины. Вторая загатна дамба уменьшала уровень воды в Куколци для переправы конницы казаков и поляков во время ночной тыловой атаки на войска С.Пожарского из засады между Соснивкой и Полевкой. Ориентиры ночной атаки установили пидлипенски разведчики. Чтобы не слышать было топоту коней, им на ноги пристроили мягкие «опорки». Удар наносился в обход всех оврагов с выходом на пидлипенску дорогу к Шаповаливки. С помощью пидлипенских проводников татары начинали атаку на рассвете через Саранивске городище с востока, когда бой будет уже в полном разгаре. Пидлипенски казаки перед боем успешно ночью отогнали коней резерва Трубецкого далеко в Торговицкий степь, а затем передали их И.Виговскому после боя.

НОЧЬ ПЕРЕД БОЕМ

В пятницу 27.06.1659 года воины С.Пожарского вели активные подготовительные работы к рейду по с.Соснівці но атаки на пруде И.Виговского, хотя толком не знали, где он находится. А он еще на рассвете начал лично осматривать левое прибрежное г.Куколки с лозниками и ивами от загатной дамбы к месту переправы через г.Куколку. Загатну дамбу гетман приказал закрыть перед закатом солнца, а переправу через Куколку начинать казакам в полночь по сигналу из Соснивки тремя световыми стрелами. Вслед за казаками через Куколку тихо должны были двигаться поляки. В определенном месте (урочище пяти дорог) отряды должны были выстроиться и ожидать фиктивной атаки казаков из Соснивки. По сигналу из Соснивки тремя выстрелами из пушек и тремя огневыми стрелами должна была начаться решающая тыловая и лобовая атака на лагерь С.Пожарского.

Во второй половине дня И.Виговский инспектировал татарский участок атаки в присутствии Мехмед-гирея. Татары должны были на рассвете переправиться около Саранивского городища на правый берез г.Куколки и атаковать С.Пожарского с востока поздним утром. Татары были довольны, на них выпадал наименьший груз боя, а И.Виговский избегал изменчивости неуверенных союзников.

В субботу в 28.06.1659 г. день погасал тихо и предвещал погожее утро. Солнце передавало свои полномочия полнолицому месяцу. Потомлены рытьем шанцев и других укреплений москали после достаточно холостой ухи с солониной, о которых злословили: «Крупинка за крупинкой ганяется с дубиной» и по полтарани «на рыло» и «от пуза» воды из колодца, ложились лицом вверх под открытым небом и крепко засыпали, балясничая перед сном: «Ничаво, робятушки! Завтра в Сосновке отожремси!». В палатке С.Пожарского шло совещание князей-бояр и околоточных, как лучше всего пленять «Ивашку Виговчика» и заколодженого доставить в Москву «перед ясные очи царя батечка». Удар планировался на утро, как только рассеется над болотом туман. Все попытки разведчиков И.Безпалого что-то разведать днем о намерениях И.Виговского и расположение его войск — не имели успеха. В вечерне-ночные времена безпаливци тем более были бессильны, потому что в шаповаливских зимовщиках не осталось людей — все убежали от ивалту москалей к Соснивки.

К палатке С.Пожарского позвали И.Безпалого.

— Доложите обстановку, наказной, в степи и перед мостом, - буркнул не поздоровавшись С.Пожарский.
— Я только что был на мосту. Мост добротен. На нашем боку перед мостом изготовлены передвижные преграды против конницы, их охраняют воины. За мостом на Соснивку подходы чисты, вкруг тихо, но это обманчивая тишина. Возможна ночная атака из Соснивки. Следует ожидать попыток ударов и с востока, и с запада степи.
— Что предлагаешь, наказной?
— Отвести от моста казаков и царские войска на ночь, чтобы удар виговчикив был пустым. Моих казаков и часть ваших войск отправить в степь, чтобы отнестись предубежденно окружающие маневры татар и виговчикив.
— Почему прекратилась связь с лагерем князя Трубецкого, почему нет вот него гонцов, почему не прибыл конный резерв и обоз с продовольствием?
— Ваше сиятельство, связью ведает князь С.Львов, а снабжением и конным резервом околоточный П.Скуратов. Часовой подал С.Пожарскому письма.
— Где гонец?
— Умер вот ран. Читая письма, С.Пожарский захлебывался матерщиной, перечисляя все внутренности человека.
— Украсть десяток-другой лошадей короткая ни шло, но умыкнуть весь конный резерв! Ну и князюшка Алексеюшка. Мать твою...! Виждавши паузу, наказный предложил наладить связь из Трубецким.
— Головой отвечаешь за связь и снабжение! Собирай своих головорезов и вручи донесение Трубецкому! Сдерживая признаки радостей, что вырвался из-под опеки безрассудного С.Пожарского, отборный отряд И.Безпалого мчал к с.Підлипного в урочище «Лагерь» (в настоящее время тракторный стан 1-го участку совхоза) в пруде О.Трубецкого. Мелких отрядов татар и казаков И.Виговского избегали столкновения из И.Безпалим. Прочитав письма С.Пожарского, и выслушав информацию о военной обстановке под Соснивкой, О.Трубецкой решительно сказал, что больше 200 обозных коней, навьюченных продовольствием, не даст.
— Я не пастух Петрухе Скуратову и не обозный Сеньки Пожарского. Обоз надо беречь! Под охраной сотни казаков И.Безпалого 200 навьюченных коней двинулись к Шаповаливки. Через час ее встречал с чертыхается С.Пожарский. В пруде О.Трубецкого сразу же были отправлены больные и раненные москали (своим ходом). Едва выехали из расположения войск С.Пожарского, как началась фиктивная атака казаков из Соснивки. 28.06.1659 году над Соснивкой упали на землю вечерние сумерки. Казалось все вокруг утонуло в тишине. В месячном освещении посеребрени росой травы, кусты лозников и приболотные ивы и их тени набирали каких-то таинственных очертаний. Ближе до полуночи в заростях запугукали пугачи, подали свои голоса сиворакши и болотные бугаи. Из болот и русла Куколки стали взлетать стаями водоплавающие птицы, перелетая над лагерем москалей в разных направлениях.
— Чего зто они разлетались? — спрашивали одни.
— Стают на крыло, — отвечали другие. Птиц побеспокоили казаки И.Виговского выше и ниже Соснивской дамбы. Тихо форсируя Куколку небольшими группами, казаки снимали без шумихи сонные передовые посты москалей, ликвидировали загоны и разные преграды для конницы перед дамбой и где-то в полночь подали сигналы, что путь для конницы свободен. Неожиданно, как вихрь, сметая полусонных перепуганных москалей, казаки ворвались в лагерь С.Пожарского, но потом замедлили натиск, «испугались» и начали беспорядочно убегать к Соснивки. Переполошен С.Пожарский и его руководящие «сотоварищи» сначала сильно растерялись, а когда увидели беспорядочный «побег» казаков — ринулись нерозважно со всеми силами преследовать беглецов и вскочили в Соснивку. В Соснивци взлетели в воздух три сигнальных стрелы и пушечные выстрелы — знак казакам и полякам к атаке лагеря С.Пожарского из тыла.

В Соснивци «испуг» казаков исчез. И.Виговский упустив С.Пожарского в Соснивку настолько, чтобы ударить на него зусебич. С.Пожарский спохватился, но уже было поздно. Организованного отступления у москалей не вышло, начался панический побег к дамбе. Конница С.Пожарского в месячных сумерках всюду натыкалась на преграды и ловушки. На дамбе и перед ней создалась «пробка». Конница и пехота делали попытки перебраться через реку вплавь, но загатна дамба сделала свое дело: конные и пешие топились в топких плаунах. На крики за помощью никто не реагировал, около дамбы шла жестокая резня и расстрел впритык. Не утешились и те, кто проскочил дамбу, потому что со стороны Пидлипного началась атака казаков и поляков. Начался жестокий дорассветный бой. Среди командного состава Пожарского не было единства, команды противоречили друг друга, воины не знали кого слушать. Окончательно ошеломила москалей утренняя атака татар. Окружение оказалось полным. Весь день 29.06.1659 года довершался разгром и пленение отдельных групп. Это был собственно, уже не бой, а охота, с арканами на окруженных москалей, оставленных на произвол судьбы, голодных и обизлених на своих командиров. Метался по степи с отрядом охраны С.Пожарский, размахивал саблей и извергал на всех хриплый мат и призыв давить «хохлов, ляхов и татар», аж пока не был заарканен татарами, связанный сыромятью и доставленный к хану Мехмет-гирея.

Хан упрекал С.Пожарскому, что бессмысленно погубил царское войско, а князь грязно виматкжав хана и плюнул ему межиочи. Из приказа хана татарин одним махом ятагана отсек Пожарскому председателя. Утирая рукавом лица, хан возмущался: «Князь, а плюется, как верблюд». Голову Пожарского отправили пленным москалем О.Трубецкому.

Вместе с Пожарским попали в плен С.Львов, В.Куракин и П.Скуратов. Потери москалей убитими и пленными составляли свыше 30000 воинов. Точные потери москалей свыше трех сотен лет замалчивались и в настоящее время они не подаются.

Погибших казаков, татар и москалей, погребали отдельно на территории нынешней Шаповаливки. На глубине 2-х метров строители обнаружили массовые захоронения (под детсадом).

Всех пленных москалей И.Виговский отдал татарам, а пушки полякам как трофей. После разгрома москалей под Соснивкой О.Трубецкой и Г.Ромадановский из И.Безпалим сняли осаду Конотопа и, отражаясь от казаков И.Виговского, потеряв свой обоз, спешно отступили к Путивля. Деморализованные остатки москалей О.Трубецкого и Г.Ромодановского были несостоятельны защищать Московию. Царское правительство укрепляло Москву и готовилось к переезду в Казань. В московских войсках вспыхнули беспорядки за неуплату денег за украинские походы, но с помощью отрядов Артамона Матвеева мятежников казнили и беспорядки в войсках придушили. Г.Ромадановскому с большим трудом удалось создать новую захватническую армию для порабощения Украины.

Интриги и откровенные выступления противников И.Виговского заставили его повернуть свои силы на Гадяч против наказного гетмана Павла Апостола, но победить их не удалось. Не удалось И.Виговскому выгнать из Киева В.Шереметьева. Кроме того, против И.Виговского выступили И.Богун, И.Сирко. Блестящий рубака на поле боя, И.Сирко был ограничен в политике и создании государства. Подстрекнутый провокаторами-крикунами в сечевом Коше, что И.Виговский запродуе Польше Украину, Сирко слепо выступил против И.Виговского. Во время участия татар в боях под Конотопом и Соснивкой И.Сирко сделал набег на Крым и заставил Мехмет-прея прекратить помощь И.Виговскому и вернуться в Крым.

С большой добычей татары подвинули в Крым из-под Соснивки, а поляки с военными трофеями —до Польши. И.Виговскому нужно было решать сложные вопросы в борьбе за власть и Украинское государство. Алчная и ограниченная казацкая старшина была далеко не патриотической. ее больше интересовала гетманская власть, ранговые поместной и царско-королевская протекция. Свой же народ для нее был лишь рабочим быдлом. Опомнившись от Соснивско-шаповаливских Пилявцив, ценой огромных усилий и казней своих воинов, недовольных поражением под Конотопом и Соснивкой, царат создал новую армию. Используя междоусобную потасовку казацкой старшиини, Г.Ромодановский опять двинулся на Конотоп.

Сотня Конотопа не могла совершить Г.Ромодановскому сопротивление. Конотопчани с хлебом-солью и крестным ходом под церковные звоны вышли на встречу Г.Ромадановскому, умоляя его не карать мирных людей, ведь не они оказывали сопротивление, а казаки нежинского полковника Г.Гуляницкого. Злорадный и мстительный Г.Ромадановский пренебрежительно ответил: «Винных Бог сыщет, а войско надобно потешить!»

Трое суток московское воинство делало шум, надругательство и грабеже в Конотопе. Были вдребезги разграблены даже церкви Конотопа. Такое же мародерство Ромодановский делал повсеместно по Украине, забирая себе все ценнее всего, называя украинцев «виговчиками» и «чумазыми хохлами». Больше всего москали збиткувались над беззащитными простыми людьми. Даже казацкая старшина начинала жалеть, что своевременно не поддержала И.Виговского. Бувший наказный гетман И.Безпалий повсеместно слышал упреки по своему адресу за нерассудительную поддержку разбойных москалей.

Он корился в муках совести и пошел в монастырь замаливать свои грехи янычара-изменника. Пламя междоусобной борьбы старшины охватило всю Украину и она превратилась в большое пожарище — сплошную «Большую Руину».

Характеризуя казацкую старшину чих времен и ее прислужницу царям и королям Т.Шевченко в стихотворении «И мертвым, и живым, и нерожденным...» писал:

«Рабы, подножки, грязь Москвы
Варшавский мусор — ваши господа
Ясновельможнии гетманы...»

ПРИМЕЧАНИЯ
Паланки:

1. Правобережные: Кодацка, Бучанска, Ингульска.

2. Левобережные: Протовчанска, Орельска, Самарска, Кальмиуска, Прогнойска (устье Днепра), Бугоградивска.

*Доповнення.

После Конотопско-соснивской битвы и позорного побега к Путивля, в царских войсках возникли беспорядки с требованием уплаты денег за бои под Конотопом. Усилиями отрядов Артамона Матвеева мятежников придушили казнями. Вновь созданный корпус возглавил Г.Ромодановский и в конце сентября (?) 1660 года опять двинулся на Конотоп. Совершив трехсуточный шум и надругательство над конотопчанами. Мародеры утешались трое суток, а затем двинулись на Борзну. Город жгли, а обитателей казнили. Женщин и детей отправляли в Московию как заложников.

ЛИТЕРАТУРА:

1. М. Грушевский «История Украины-Руси».
2. Ф.Ефименко «История украинского народа».
3. М.Костомаров «История Украины».
4. М.Аркас «История Украины-Руси».
5. Г.Кониский «История Русив».
6. С.Величко «Летопись».
7. Летописи старожилов Конотопа.
8. Рассказы репрессированного соснивского священника карпа Трохимовича Копитченко (м. Хибиногорск Мурманской обл.).
9. Пидлипенский церковная летопись и рассказы репрессированного на 26 лет пидлипенского священника Дмитрия Степановича Карпенко.
10. Рассказы пидлипенских пожилых людей: А.А.Лисий, Т.И.Лисенко.
11. О.М.Лазаревский «Описание старой Малороссии» (Нежинский полк).
12. Е.П. Борисенков, В.М.Пасецкий «Экстремальные природные явления в русских летописях XI— XVII ст. » Ленинград, Гидрометеоиздат, 1983 г.

И.Лисий
краевед, м. Конотоп.