ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК МЕСТНОСТИ
  НИЖИНСКИЕ ПОЛКОВНИКИ
  ПОЛКОВЫЕ ОБОЗНЫЕ
  ПОЛКОВЫЕ СУДЬИ
  ПОЛКОВЫЕ ПИСАРИ
  ПОЛКОВЫЕ ЕСАУЛЫ
  ПОЛКОВЫЕ ХОРУЖИЕ
  ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК НИЖИНСКОГО ПОЛКА
  КОНОТОПСКИЕ СОТНИКИ
  СЕЛА КОНОТОПСКОЙ СОТНИ

Павел Михайленко, 1669-74.Самусь. Дорошевич. Осип Завадский. Дмитрий Максимович, 1682-92. Иван Пироцкий, 1695. Михаил Тарасович Забила, 1708-710. Леонтий Грановский, 1725-32. Иван Кужчий, 1716. Василий Петрович Кулаковский, 1739-46. Лев Сорока, 1746-54. Яков Максимович Почека, 1754-67. Петр Базилевич, 1768-72. Самусь и Дорошевич были писарями при Самойловичи.

Завадский был полковым писарем тоже при Самойловиче и известен тем, что за ним царской грамотой были утверждены три села: Крупичполь, Сваричевка и Вишневка; чем отличился Завадский, добившись такой милости, - не известно. По смерти 3-аго этими тремя маетностями продолжала владить вдова его, в которой они были отобраны за то, что оная «оставшися по мужи безпотомной и не консенсуючи себя в добрых обхождениях, роспутно жила; а посля — вышла за слугу своего простого состояния, не шляхтича, замуж, о чем известившися гетман Мазепа велил еи по правам судит; а когда по суду, узнано бить еи, Завадскую, из вторым мужем еи - не достойных ймети маетности, тогда вон, гетман, велил показание села вот неи отобрал, отдать племеннику...». Завадская думала воспрепятствовать распоряжению Мазепы, отдав царскую грамоту на маетности Межигорскому монастырю, что дало повод Иродиону Жураковскому просит в 1714г., об отдачи этих сел монастырю.90)

Пироцкий был женат на дочери генер. хоружаго Василия Петровича Забилы и вероятно при помощи свойства с Забилами и получил правительство полков, писаря, в то время, когда полковником был дядя жены - Степан Забила. - по свойству с Пироцким, Забила отдал эму в 1694г., полковничью маетность - с.Вересоч.) - После писарства, при Скоропадском уже, Пироцкий занимал правительство полков, сотничества. А при темах состарившись, пошел в монахи и приютился под именем Иллариона в Моровском скиты, принадлежавшем Киевской Лавры. Здесь вон и умер в 1732г. Пироцкий был человек не бедный и лаврские монахи как видно дорожили им, разсчитывая после смерти Пироцкаго получить его деньги. Но умерший завещал все деньги передать сыну. Сын его, по имени тоже Иван, в это время был уже бунчуковым товарищем и как зять генер. есаула Мануйловича, был не последним в ряду средней козацкой старшины. Прослыхав о болезни отца, Пироцкий поспешил в Моровский скит, но там узнал, что отец уже умер. «Отдавши отцу последнее цилование», пишет Пироцкий в жалоби на Моровских монахов, «я обратился к наместнику о.Мартиниану, спрашивая где духовная и вещи умершаго?-Деньги, сребро, заложенныя вещи и крепости на угодья вмисти с духовной, сложенны в ризници, отвечал намистник, а одежды с разной рухлядью, в общия келии взяты. - На просьбу мою отдать имущество отца, наместник отдал мнет духовную с частью денег и сребра и я все то тогда же отослал со служителями, домой. — А на другой день намистник с братиею, прийдя ко мнет в келию, насилно хотел то вещи назад отобрать. Видя «завзятость» монахов, должен был я уходит из монастыря и ели жил добежал к соседнего селу Максима; а там - обратился к атаману с просьбой не выдавать меня монахам, «ручачи эму на его мил. п. полковника Черниговского тысячу рублей, а на п. сотника половину таковой суммы». И только что собрал атаман человек тридцать народа, как набежал туда «о. Иосиф, бывшей катедры Святософийской эклезиарх, с единомыслиники своими из двадцать человек, убийством дишущими, с друччям и паличчям, хотели меня в монастырь взять и к турмы всадить» пока не возвращу всех вещей родительских, да требовали еще за погребение отца 200 рублей, мельница на гребли в Вересоч и 100 штук скота. Только Максимовский атаман помня «за руку вот меня положенную», монахам меня не выдал. «Однакож в притомности его, атамана, священника и усих крестьян тамошних, отбил помянутый о. Иосиф с товарищи своими, денег рублей 60, а в монастыри вон же со вторыми чернцами, собственных коней моих двое с кулбакой гавтованной... и самого меня со служителем моим, за малым (едва) в воду не утопил вон же, г. Иосиф, с челна выворочаючи»...92) А тело отца моего и к сим пор за упрямство и лакомство монахов, стоит не погребенное...» Эту жалобу Пироцкий подал Апостолу и просил «инстанции» в Киевского архиерея - «дабы покойного родителя духовная невредимо сохранена была... а над слушность чернци не доправляли бы мелниц и стада...» Пироцкий - сын был женат, как уже сказано. На дочери генер. есаула Мануйловича и после смерти тестя, получил его маетности: Бачевск, Семеновку, Ромашков и друг.; но за половину этих маетностей начал еще с Мануйловичем процесс племянник его-демьян Оболонский и процесс этот, уже по смерти Мануйловича выиграл, почему в Пироцкаго и отобрана была половина тестевских маетностей.93) Вот Ивана Ивановича Пироцкаго осталось два сына Иван и Федор; первый был коллежск. канцеляристом, а второй - войск.товарищем (см. выше стр. 33).

Мавольский служил сначала в генер.канцелярии, откуда и назначен полковым писарем. В октябри 1720г, Скоропадский дал эму на правительство с.Дремайловку: - «респектуючи мы на п.Федора Маволского услуги в канцелярии войск, нашей чрез килка течение отправование и теперь на правительства писарства полков. Нижинского подемления труды, определяем эму во владения с.Дремайловку, на правительство писарства издавна належное, якое перед сим п.коменданту кн. Колцову Масалскому надалисмо были к времени...» В том же году Мавольский получил другой универсал вот Скоропадскаго, которым гетман утвердил за ним право на особый денежный сбор с каждого казака («товарища») в полку: - «ознаймуем... иж яко в иных рейменту нашего полка есть такое обыкновение, что в год из всякого товарища на писаров полковых выбирается роковая належитость, как мы респектуючи и на п.Федора Мавольского, писара полк.Нижинского, который в звании своем безпрестанно круг интересов целого полка трудится, позволяем и на его во всем полка Нижинском одному теперь на новое хозяйство збираючемуся взять. Зачим выдавая п.полковник Нижинский из п.п. старшиной своею полковой, о таковой воле нашой, абы намененный збор при звычайной ралцевой належности выкуп, велел взыскать и оный п.Писарев полковому на обиход его отдати, приказуем. Пристально варуем, абы п.п. сотники полка Ниж-ого излишне того при сем шаговом на его писаря полкового теперь одного определенного взятку, не вымагали, лечь бы только сверх обыклой ралцевой повинности, по иодному шагу, а не больш, из всякого товарища взяв, сбор тот к рукам п.писара полкового Нижинского... отдали.» 94) Этот интересный универсал показывает между прочим, что денежный сбор в виде праздничных приношений старшины («ралець»), существовал как «повинность» и что гетман разрешая в пользу старшины сборы, подобные шаговому (шаг-грош) в пользу писарей, знал, что при уплати его, вот народа вымогаются остатки...

Интересно также, что на эту «ральцевую належитость» или «повинность», из Москвы указывалось как на один из злоупотреблений старшинской власти и что тот же Скоропадский в 1722г., нашел нужным совсем запретить эти праздничныя приношения, хотя повидимому это запрещение осталось разпоряжением лишь на бумаги.95)

«Шаговый» сбор Мовольскому разрешен был, повидимому, по случаю его женитьбы.

Кужчич происходил из мещан; в 1679г. отец его Андрей Кужчич был Нижинским бурмистром.

Почека. На место умершаго в 1754г. писаря Сороки, «вольными голосами» полчан были выбраны два кандидата: полк, есаул Почека и войск, канцелярист Иван Темранский. Гетман утвердил Почеку. Этот писарь был сын священника Максима Почеки, который в свою очередь был внуком Нижинского протопопа Павла Пучковскаго (см. во втор. полк, сотн., с. Куриловку). Яков Почека священнику предпочитал канцелярскую службу и из канцелярии в 1751г., получил правительство полковаго есаула. На писарстви Почека оставался к 1767г., когда был отрешен вместе с Батуринск. подкоморием Долинским и друг; за «безпорядки», допущенные имя при выбори весной 1767г., в Нижини, депутата комиссию составления нового уложения. - По свидетельству издателя записок. Якова Марковича, безпорядки заключались в том, что собравшиееся в Нижини, для выбора депутата благородного положило в своем приказы, просит об избрании гетмана, «за что многих арестовали и содержали в Глухови.» 96) Сохранилась поданная по этому предмету и на имя императрицы, жалоба арестованных, в числе подписавших которую значится и Почека 97) В жалоби разсказан весь ход дила, без упоминания только о предполагавшейся просьбы о гетмани. - В жалоби говорится, что предварительно выбора депутата «к сочинению проекта новаго уложения», благородное Нижинскаго и Батуринскаго повитов собравшись в Нижини 29 марта 1767г., в числе 72 чел., выбрало предводителем Нижинскаго повыл земск. судью Лаврентия Селецкаго. Затем стали выбирать депутата; но «как между балотированием нашлось большее число шариков на риченного предводителя Селецкого, то вон учиняясь уже из предводителей депутатом, требовал над (сверх) определенное депутатам жалование, - на проезд и содержание его в Москву, суммы денег». Поэтому приступили к выбору нового предводителя и выбрали полковника Ивана Тернавиота; выбрали также и пять человек «для сочинения о нуждах нашего общества наказов». Между тем наступил праздник пасхи и благородное, с позволения полковника Разумовскаго, разъехалось по домам уговорившись снова собраться «для окончания начатого дела», 28 апреля. -собравшись снова на указанный срок, благородное стало было судит о том, - каким порядком составить приказ своему депутату. Для этого предводитель Тернавиот «востребовал в собрании, порознь вот каждого голоса и показания - в чем кто какую нужду и недостатки свои имеет?» - В ответ на этот вопрос, «по единогласному всех желанию, представлены и вручены определенным для сочинения наказов, сделанные еще при первом съезди (в марти), с поводу и совету депутата Селецкого, записки разсуждений, по которым все общество единогласно наилучшую пользу и поправлен недостатков своих тогда полагало. Но по сочинении уже на основании показанных записок, для всеподданейшого вот депутата поднесения челобитной, сей депутат являясь в собрание с посторонними и никакого участия в нашем обществи, за неимением ни в Нижинском, ни же Батуринском повитах, никакого владения, отнюдь не долженствовавшими, однако для одного повидимому примечание и помешательства, нарочно прибившими бунчуковым товарищем Безбородком и определенным в малороссийской коллегии за секретаря войсковым канцеляристом Завадовским, по прочтении тот нашей челобитной, отступя вот должности своей депутатской и возложенной на него вот общества доверенности, выняв из кармана неякойсь заготовленной и невидомо кем без согласия, совита и знания всего общества сочиненный, новый приказ, во оном собрании предъявил. По прочтению коего у присутствии предводителя, объявя всему собранию, что тот его новосочиненный приказ сообразуется с приказом полка Черниговского, требовал, что бы и эму не инный, как таковый же приказ дан был, причем то посторонние Безбородко и Завадовской взял стороны его, Селецкого, и ободряя таковый его уступок, соглашали нас на новое и неожидаемое депутатово предложение и таковым недозволенным поступком вместе с им, депутатом, обратили в злопредмет, чтоб устраивати все ко благому для всех вообще и всякаго особо при таком происхождении и замешательстви, и что депутат Селецкий объявил между тем всему обществу, что вон, естли не согласится на ево требование и не переменим сочиненного челобития отнюдь депутатом вот нас не поедет и быть не желает, сказывая предводителю, якобы иныне из благородного о нашем челобитии, в какой оное состоит силы, не видают, почему оной предводитель рассудил за благо снисходя на депутатово требование, для разришения наведеннаго им сумнительства, в собрании всякого порознь спрашивать против пунктов челобития вот общества сочиненного, также и против представленного Селецким невидомо кем и с чьего совета и разсуждения сочиненнаго наказа, ведают ли силу и содержания оных и на котором из них подписаться желаем? Но как все пятьдесят пять человек, бывшие в собрании, на таков предводители запрос единогласно уверили его, что они содержание и силу сочиненной с общаго всех желание челобитной, знают и оную довольно для изъявления нужд и недостатков своих находят, а на против того, не хотят и несогласуют принять вновь сочиненного вот Селецкого наказа, то и при темах уже помянутый депутат вот принятия тот нашей челобитной с приказом и поездки в Москву, вовсе, в другой раз, отказался». В следствии отказа Селецкого, благородное нашло нужным выбрать новаго депутата и выбрало - Батуринского подкомория Григория Долинского. - «Но сей наместо Селецкого... Долинского в депутаты вот общества выбор, г. генер. губернатором гр. Румянцевым, принят в особливое истолкование и употреблен на весьма строгое обвинение и разорение наше, ибо по первому его генер. губернатора, ордеру вот 9 мая, за непочтение якобы его, заключаемое из отправки предводителем Тернавиотом репорта о «нас последнем выбори депутата с приложением нашей челобитной и наказа копии, чрез грека Кирку, а не чрез учрежденную почтения... Взыскано в каждого из нас екзекуциею по 10 рубл., всего 550 рублев штрафа; и мы оной принуждены были заплатит без всякой нашей винности, повинуясь единственно власти и повелению главного нашего командира, а по последнему, после кассирования уже нашего выбора, на второго депутата вот нас о нуждах наших челобитной и наказа вот 5 июня, малороссийской коллегии данному предложению, признал все наше общество за недостойных никакой доверенности отрешил нас нижайших вот должностей наших, а вторых на место наше повелено определить и определены; а нас нижайших и прочих всех, и впредь к дилам не употреблять, что и во всей Малой России публиковано. Наконец, учиня в правит, сенат о неякихся наших противных уступках и о правильностях его г. генер. - губернатора ордерам и > вешаниям представления, подверг тем в силу состоявшогося прошлого июля 12-го, в оном правит, сенат.. .указа, иных из нас воинскому, а вторых гражданскому суду, почему вот малороссийской коллегии в огороды Глухови, учрежден военный суд, в который определен презусом полковник фон-Зитман, 6 ассесоров и аудитор. - И потом, мы нижайшие будучи лишены должностей наших и всякой доверенности, сысканы из домов и поместий наших, в Глухов, и угрожаемы военным и гражданскими судами, в крайнем утеснении и разорении находимся; к тому же удержание и уничтожением нашей челобитной и приказом, не допущены просит о нуждах и недостатках наших...» Далее жалобщики говорят о пристрастии к им судей, которые делают им «разные устращения и угрозы, яко то тюрьмой, посажением на хлиб и на воду и другие ругательства", обвиняя их главным образом зато, что «из ордера о касировании выбора на второго депутата, видя где открытое его генер. - губернатора неблаговоление на их челобитную и приказ', не отстали вот оных и не приняли новаго вот депутата Селецкого предложенного наказа...» Несправедливым находили жалобщики также и назначение военнаго, а не гражданскаго суда, так как военным судорог «как мы, так и все прочие малороссийские чиновники никогда и ни по каким делам судимы не были...» потому что военный суд «по жалованным малороссийскому народа правам и привилегиям, простираться не может, тем больше, что и самое сие дило по свойству своему не есть воинское и к дисциплине военной не принадлежащее, но единственно для приведения в лучшее состояние гражданского учреждения... благо изобретенное...» В заключении жалобщики просят: нижайших здесь вот второго числа августа, в Глухови содержащихся, вот военного и гражданского суда уволит и отнятие вот нас нашим шефом должности и доверенности вмисти с напрасно взысканными штрафными деньгами, указать возвратить и дать на участие в нуждах и недостатках наших пользоваться человеколюбивым высокоматерним милосердием, чтобы мы нижайшие по примеру всех Российской империи подвластных народов, безпримерными монаршими щедротами, созреют могли нашего благоденствия.» Жалоба эта дополняется второй жалобой, поданной в ноябрь того же" 1767г., девятью лицами, которые судились «гражданским судорог.» 98) последние пишут: «при самом отправлении нашего и товарищей наших, под военным судорог находящихся, к вашему императорскому величеству прошения, помянутые товарищи наши подвержены конечному своему злоключению, почему трое из них, а именно: сотник Григорий Лахневич, войск, товар. Иван Комашинский, значк. товар. Иван Весницкий и подписаться на оном прошении не успели, ибо будучи призваны в суд военный для выслушания экстракта, в котором исключено все то, что только к оправданию их по допросам служит могло, а внесены одни обвиняющие их резоны, а последний пункт заключал то, что они во всем пред его снят, генер.-губерн. гр.п.а.румянцовым виновны и требовано, чтоб они на оном эктракте подписались; некоторые из них по уговору того же суда асессора Чуйкевича, который обнадеживал их его сият-ва милостию, свободой и отпуском в домы, то совершили; другие же, которые того совершит не хотели, требуя, чтоб внесено было и все то, что и к оправданию своему в допросах говорили, арестованы и взяты были под строжайший караул, посажены на хлеб и на воду и томимы были вот 24 по 31 число октября; а того числа, будучи из заключения выпущены, находились свободными по 2 число ноября, которого объявлена им военного суда сентенция и по объявлении оной, как повинившиеся, так и не повинившиеся, закованы в кандалы и введены были через огород, в малоросс.коллегию, а оттуда отведены и посажены под строжайший перваго караул, с приказанием караулному офицеру ни жен, ни детей их, нижет с пищею кого либо к им допускать. В таком притеснении и мучительном состоянии прибывая, многие из них упали в тяжкие болезни и отчаянии своей жизни находятся; а один из них, за то что требовал дополнения в своем допроси, посажен был в сотенную Глуховскую тюрьму между воров и бишенных людей, чего не стерпя, подписался и на том допроси, который эму был предложен. ") Как видно из свидетельства Ал.Мих.Марковича и содержани приведенной жалобы, дело происходило так: Нижинское и Батуринское благородное выбрав у марти депутата в комиссию составления нового уложения, здесь же рассуждало и о тех нуждах, о которых следовало сказать в наказе; одной из нужд для Малороссии, было признано -возобновление гетманства. - Окончательно приказ должен был быть изложен на вторичном съезде благородного, в апрели. Но как видно, кто-то (вероятно Селецкий) успил предварить Румянцева о задуманном в Нижинском собрании ходатайств и Румянцов хотел было предупредить возбуждение вопроса, который мог вызвать лишь гнев императрицы. Для этого Румянцов поручил Селецкому явится в апрельское собрание благородного, уже с готовым приказом, при чем вместе с Селецким, послал и двух близких своих чиновников, Александра Безбородка и Петра Завадовска. Роль последних заключалась конечно, в том, чтобы свидетельствовать перед благородным, что действия Селецкаго одобрены Румянцовым...

Как видно, принятая последним мира- не удалось; Нижинское собрание благородного настояло на своем - возбудило вопрос о возобновлении гетманства, но должно было дорого поплатится за свою настойчивость, так как Румянцов круто поступил с лицами, которых считал коноводами... Впоследствии Нижинская история была забыта, так как тот же Почека после военнаго суда, безпрепятственно служил по выборам: в 1772г. вон был в Нижини, подсудком, в 1773г. - подкоморием, а при открытии намистничеств был выбран в Чернигови. председателем верхней расправы, хотя в 1783г. был и уволен вот этой должности, «за старостью».