ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК МЕСТНОСТИ
  НИЖИНСКИЕ ПОЛКОВНИКИ
  ПОЛКОВЫЕ ОБОЗНЫЕ
  ПОЛКОВЫЕ СУДЬИ
  ПОЛКОВЫЕ ПИСАРИ
  ПОЛКОВЫЕ ЕСАУЛЫ
  ПОЛКОВЫЕ ХОРУЖИЕ
  ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК НИЖИНСКОГО ПОЛКА
  КОНОТОПСКИЕ СОТНИКИ
  СЕЛА КОНОТОПСКОЙ СОТНИ

Прокофий Шумейко, 1649. Лукьян Сухиня, 1650. Иван Никифорович Золотаренко, 1653-55., Василий Никифорович Золотаренко, 1655-56 и 1659-63. Григорий Гуляницкий, 1656-59. Матвей Никитич Гвинтовка, 1663-67. Артем Мартинов, 1667-68. Евстафий Золотаренко, 1669. Филипп Иванович Уманец, 1669-74. Марко Иванович Барсук, 1676-77. Яков Михайлович Жураковский, 1678-85. Ярема Непрак, 1687. Степан Петрович Забила, 1687-93. Иван Обидовский, 1696-701. Лукьян Яковлевич Жураковский, 1708-18. Петр Петрович Толстой, 1719-27. Иван Семенович Хрущов, 1727-42. Иван Пантелеймонович Божич, 1742-46. Семен Васильевич Кочубей, 1746-51. Петр Иванович Разумовский, 1753-71. Андрей Яковлевич Жураковский, 1779-82. Первым известным Нижинским полковником был Прокофий Шумейко, показанный в козачьих «реестрах» 1649г.5).

Преемником Шумейка был Бужинский сотник Лукьян Сухиня, которого в августе 1650г., назначил сам Хмельницкий: «уважая мы заслуги и способность к заведываня Нижинским полком господина Лукьяна Сухиню, сотника Бужинского, оным полковничество дали есмо..., который затем вот нас зуполную владзу мает тем полком справовати, непослушных карать и вольностей общества нашего постерегати, а подданных панских не укрывати...»6). После Сухини Нижинским полковником стал Иван Золотаренко, на сестрм которого Анни, был женат Хмельницкий, третим нехваткой. Иван Золотаренко стал полковником не позже 1653г.7). Откуда был родом Золотаренко - не известно; очень может, что из Корсуня, куда отвезли тело его для похороны; но мать Золотаренков в 1655г. Жила в Нижини, где вместе со старшим сыном, строила церковь.3). При завоевании Белоруссии в 1654-55гг., Иван Золотаренко предводительствовал со званием наказного гетмана, козачьим отрядом, находившимся в составе русского войска, и заслужил при этом особую милость царя: в сентябре 1654г., Золотаренку дана была грамота на м. Батурин, «Совсеми належащими угодий и селы», а в августе следующего года просил вон у царя еще три мистечка: Борзну и Глухов для себя и м. Мену для брата Василия; в Борзни по видимому, было отказано, а Глухов дан; дана была и Мена Василию Золотаренку.9) .

Но вслед за сим Иван Золотаренко при осаде Старого Быхова был ранен и там же вот раны, умер. Тело Золотаренко привезено было сначало в Нижин, а потом отвезено в Корсунь, где и похоронено после описанного Самовидцем, пожара церкви, где отпевали Золотаренко, в день Рождества Христова. «И как тот огонь погас, тот труп недогорелый Ивана Золотаренко брат его узял во двор свой и опять в новую домовину.вложил и ведлуг своего уподобаня отправовал погреб, сделав катафалк в (церкви) Рождества Христова, но и там подвокротне загорувался, поколя скончили тот погреб».

Случившиеся при погребении Ивана Золотаренко пожары, облекли его смерть в целую легенду.10) Преемником Ивана Золотаренко был брат его Василий Золотаренко, поставленный полковником повидимому, еще при жизни старшего брата. ") Однако же Васюта, как обыкновенно звался младший Золотаренко, пробыл на полковничестви не долго и в начале 1656 года, его заменил Григорий Гуляницкий. 12) Может быть гетман нашел, что младший его шурин не годится быть полковником, не имея за собой ни военного опыта, ни образования. 13) Григорий Гуляницкий, брат Стародубского полковника был человек того полупольского образования, которое давало право называться шляхтичом. Шляхтичом Гуляницкий был и по своим симпатиям, стал после смерти Богдана Хмельницкого, одним из главных сторонником Выговского. При истреблении Выговским Пушкаря и его партии, Гуляницкий ревностно поддерживал гетмана. После гибели Полтавского полковника, Гуляницкий был осажден Ромодановским, осенью 1658г. в Варви откуда слал энергические послания своему наказному в Нижин вооружая и его, и народ против русских. |4) Течением следующего года вон выдержал известную Конотопскую осадка, освободившись вот которой Гуляницкий видел кратковременное торжество своей партии, добившейся утверждения Гадяцкого договора. Но вслед за соеденением Выговского с поляками, началось и изгнание последних из Малороссии. Из Нижина поляки были изгнаны в сентябри, а вслед за их изгнанием и Гуляницкий перестал быть полковником. На его мисто полковником стал вторично, Василий Золотаренко.

Отставлений вот полковничества в 1656г., Золотаренко по видимому жил в Нижини: в апрели Г656г. Нижинский «кушнирский» цех продал «господину Василию Ничипоро-вичу, казаку войска, его царского пресв. Величества, дом со всем домом и плецом, в м. Нижини, в самом рынке, против рыбного торгу лежащий.» 15) Из Нижина Золотаренко ходил с Гуляницким и против Пушкаря. Хотя Нижинский протопоп Максим Филимонов и писал в ноябре 1658 года, Ромодановскому, что Золотаренко «насилием в войско погнали» что вон «плача, шел на ту войну». |6) Но едва ли это верно; кажется, хитрый протопоп закрывал «шатость» человека, из которого хотел сделать орудие для достижения личных целей... Незамитно принуждения в действиях Золотаренко, когда вон в мае 1659 года, отбивался в Борзни вместе с татарами, вот русского отряда Петра Скуратова. п) Видно, что Золотаренко находился в полном единении с партиею Выговского, который и не забыл о нем, когда выпрашивал у короля нобилитацию некоторым из своих сторонников; нобилитован был в июне 1659 года, и Василий Золотаренко - Злотаревский. - «Уважая дела рыцерские Василия Золотаренко, рицера из войска Запорожского, на инстанцию (ходатайство) вельможного гетмана тех же войск Запорожских, к клейноту благородному польского приймуем и уже вот сего времени Злотаревским зваться будет...» сказано в нобилитации. 18) Но Золотаренко пренебрег и благородным, когда научаемый Цюцюрой и протопопом Адамовичем, увидел возможность снова пол Нижинским полковником, воспользовавшись отлучкой Гулянйцкого в Корсунь. Первого сентября был избит квартировавший в Нижини польский отряд, а вслед при темах вступил в огород с русским войском кн. Трубецкой. Гуляницкий, как сторонник Выговского, был с полковничества смещен, а вместо его полковником стал Золотаренко. - На этот раз Василий Золотаренко пробыл полковником четыре года, с осени 1659 года к осени 1663 года. Первые полтора года Золотаренко держал сторону Юрия Хмельницкого, пока последний не перешел на сторону поляков. Засим, как известно, искателем булавы явился Переяславский полковник Сомко и был поставлен наказным гетманом на Козелецкой совета, на которой впрочем, участвовали только два полка. При этом поставлении находился и Золотаренко, который как кажется, по наущению неполадившего с Сомиком епископа Мефодия, заявил после этой рады и свою кандидатуру на гетманство. Надави интриговать с этого времени против Сомика, Золотаренко был поддержан обещаниями со стороны запорожцев, которые пользуясь, как говорит Самовидец, простотой Золотаренко, брали вот него за свои обещания, подарки, а сами готовили гетманство своему претенденту -брюховецкому. Увидев наконец, что запорожци его обманывают, Золотаренко «почал стараться о приязни с гетманом Сомиком, но юж не во время», как замечает Самовидец. В своих исканиях булавы, Золотаренко повидимому расчитывал на один свое богатство, с помощью которого думал привлечь на свою сторону и запорожцев, и Ромодановского, стоявшего в это время с русским войском в Малороссии. Вторых основанный для достижения гетманства, в Золотаренко не было.

-брюховецкий в письми к епископу Мефодию характеризуя людей партии Сомика, о Золотаренки говорит, что «Вон только в скарбы богатится, которые в земли погниют, а ничего хорошего отчизни тем не радит или к ляхов завезет, в заплату за получения благородных...» ") Во время Черной рады Золотаренко повидимому, уже не мечтал о булавы и держал сторону Сомика. Как известно, на этой советы верх одержал Брюховецкий, а Сомко и его сторонники, в том исчисляй и Золотаренко, были заключены «в замки Нижинском»; а затем - Сомко и главные его сторонники были казнены «за измену», в Борзни.20) При этом казнен был и Золотаренко. Вдова его была потом замужем за известным переяславским полковником Дмитрашком-раичем. Описании «Изменничьи животы» были отданы по царскому указу, «гетману Брюховецкому и всему войску Запорожскому». 2|) Стал гетманом, Брюховецкий некоторые полки переделил на два, вероятно с единственной целью имить более полковничьих урядов в своим распоряжении для раздачи их своим подручникам.

При этом разделен был и Нижинский полк на два - Нижинский и Глуховский. В первом был поставлен полковником Матвий Гвинтовка, а во втором - Василий Черкашеница. 22) Но это разделение полков продержалось не более двух течение, а затем Нижинский полк был восстановлен в прежнем объеми, причем полковником остался Гвинтовка. Неграмотный Гвинтовка был конечно один их тех полковников, о которых Грабянка говорит, что они были «из забулдыги запорожского наставление» и - «из голоты став на началах, в крамарей себя дщери их в жены побрав, к оных и сами присташа...» 23) О Гвинтовки известно, что вон на ровни со вторыми полковниками Брюховецкого, пожалован был у Москвы дворянством, причем эму дан было село Нехаивка. 24) Затем, поели четырех уже лит полковничества Гвинтовка чем то не угодил Брюховецкому и был лишен полковничества; тогда же вон был арестован в Гадячи, где и просидел в заключении к измины Брюховецкого; а после измины, Гвинтовка был переведен в Нижинскую тюрьму, где пробыл к смерти Брюховецкого. 25) Освобожденный поели смерти Брюховецкого, Гвинтовка пробрался в Москву, сумел обратить там на себя внимание рассказом о причинах измены Брюховецкого, заслужил «царское жалование»,26) а вернувшись в Малороссию, поставлен был генеральным есаулом. 27) В нового гетмана Многогриш-ного Гвинтовка стал одним из близких людей и за эту близость, одновременно со своим патроном, сослан был в Сибирь, вместе с женой Ириной и двумя сыновьями, Ефимом и Федором.28) На мисто Гвинтовки полковником поставлен Артем Мартынов, бывший перед этим «полковником запорожских конных Козаков» 29) Мартынов оставался Нижинским полковником к смерти Брюховецкого, успев за это короткое время конечно по предстательству гетмана, получить русское дворянство. Поели смерти Брюховецкого, Мартынов перешел к Дорошенко, который тогда же послал его под Нижин, вероятно с поручением захватит этот огород; но здесь Мартынов был отражен и «на бое, ранен»; ) А затем, где-то совсем затерялся. Преемником его был Евстафий Золотаренко, поставленный повидимому, самими Нижинскими полчанами, так как назначит его в это время было никому. Откуда взялся этот Золотаренко - точно неизвестно. Знаем, что в 1667 году, кошевым в запорожцев был Остап Васютенко; 1!) не был ли это сын Васюты Золотаренко, приходивший с запорожцами к Брюховецкому и - поели убиения последнего, - поставленный нижинцами на полковничество, на мисто ушедшего к Дорошенку Мартынова? - Евстафий Золотаренко пробыл полковником не долго; по рассказу протопопа Адамовича, вон был смещен Многогришным немедленно после Новгород-Сиверской рады, будто бы за единомыслие Золотаренко с Нижинским воеводой Ржевским. 32) После Евстафия Золотаренко, Нижинским полковником был поставлен Филипп Уманец, который в народы был известен под именем Пилипчи. Уманец пришел вместе с братом Василием, из-за Днипра и оселился в Глухови. Дьяк Песков описывая в 1661 году, тогдашние в Малороссии безурядье, между прочим говорит: «Ныне на сей (ливой) стороны Днипра старых добрых Козаков и нет; а лучшие у них ныне наказные полковники беглецы из-за Днипра: Филипп Уманец с братом Васюком да Зражевский и иные такие.».33) В Глухови Филипп Уманец поставлен был сотником; на этом правительства видим его уже в 1654г. 34) Сотником Уманец оставался по видимому, к поставления своего в полковники, т.е. около 15 течение, и нажил за это время значительные земельные имения (см. Глуховская сотня). Полковником Уманец пробыл более пяти течение. Говорится, на этом правительства вон и умер. Неграмотство Уманца указывает, что это был человек вишедший прямо из народа, проложивший затем себя дорогу в войсковой службы, одними природными своими способностями. - Уманец оставил одного сына Демьяна, который был протопопом в Глухови и умер не старым человеком; вдова его вышла потом замуж за компанийского полковника Якова Павловского. Поели Демьяна Уманца осталось два сына: Петр и Семен, которые выросли уже при вотчими.

Из иминний Филиппа Уманца сыну его достался Студенок и слобода Слепород, которая была утверждена за Уманцем царской грамотой с 1673 г., еще при жизни отца. Вторых иминий Филиппа Уманца сын его не получил, должно быть потому, что не служил в войске. Старший сын Демьяна - Петр был войск, товарищем и умер в 1726г., оставил шесть дочерей, мужья которых долго спорили с мачихой своих жен за оставшиеся после тестя иминия.35) Из этих зятей выделялся своей бойкостью Глуховский мещанин Роман Яненко, который потом очень разбогател на откупах разных промышленных налогов и сумел из мищан пол бунчуковым товарищем. Благодаря своей бойкости, Яненко успел захватит из тестевских имений весь Слипород.36) Младший брат Петра - Семен Уманец долгое время служил Глуховским городовым атаманом и получил в 1721 г., вот Скоропадского, часть Годуновки. Из трех сыновей Семена, Степан был Глуховским сотником, Василий - полковым хоружим, а Федор нигде не служил.

На мисто Филиппа Уманца был назначен не позже 1676г., Марко Барсук. Это был первый Нижинский полковник из мистного козачества: его отец значится в исчисляй Нижинских Козаков уже по списку 1648г., будучи кажется уже в то время сотником. Марко Барсук пробыл полковником не более двух течение. Уже после своего смещения, будучи знатным войсковым товарищем, вон получил вот Самойловича с. Припутни, которое было подтверждено потом и Мазепой. Сын Марка Борсука — Артем был при Скоропадском одним из полковых сотников.

После Барсука полковником был поставлен Глуховский сотник Яков Жураковский, может быть сын Михаила Жураковского, значащагося по списку 1649г., сотником в Сосници. В 1677г., Яков Жураковский участвовал в Чигиринском, походы, причем называется «выборным городовым полковником»; повидимому вон в это время начальствовал над лучшими пятью сотнями Нижинского полка. 37) Полковником Жураковский пробыл около 7 течение. По универсалу 1681г. Самойлович дал эму «одну слободу большую над болотом, а другую слободу меньшую над ричкой Локнею, на самой границе Московской лежащее.»

Но Жураковский вот уряда был за что-то отставлен, причем вот него отобраны были и данные эму маетности; это видно из того, что по универсалу первого сентября 1687г., Мазепа возвратил эму эти маетности: «респектуючи на знатные п. Я.Жураковского, знатного товарища войскового, в войску Запорожском прислуги, приворочаем эму из сотни Глуховской находящиеся его Слободу с Малой Слободкой и с. Щебру, которыми вон перед тем пользовался». Умер Яков Жураковский около 1704п, так как в этом году Мазепа выдал универсал «овдовелой жени его Марии Жураковской с оставшимися сыновьями», на то же Щебры, Великую Слободу и Малую Слободку. Яков Жураковский оставил двух сыновей, Лукьяна и Василия, которые оба служили при Скоропадском, Лукьян полковником Нижинским, а Василий - есаулом генеральным.

Преемником Жураковского был Ярема Непрак, о котором знаем только, что при низложении Самойловича, вон был арестован, вместе с Переяславским полковником Полуботком. 38).

Вместо Непрака поставлен полковником там же на Коломаки, третий сын генерального обозного Забилы, Степан Забила, о прежней службы которого знаем, что в 1674-77гг., вон был Борзенским сотником, а в 1778г. поставлен генеральным хоружим.39) Затем, вон служил в «войски», не занимая никакого уряда; не занимая никакого уряда, был вон и в - гычском походы, в 1687г. Но значение Забилы на столько было большой, что вон находится в исчисляй тех девяти козацких старшин, которые ".писали на Коломаки 7 июля 1687г., челобитную о низложении Омойловича. В акты об избрании Мазепы 25 июля того же года, Степан Забила значится уже Нижинским полковником. 40). Следовательно из- полковником вон был поставлен вслед за арестом Непрака.

Получив гетманство, Мазепа первое время сильно заискивал во влиятельной старшины, щедро оделяя ее маетностями. При этом Забила кроме полковничьего уряда, получил под самой Борзной, с. Конашевку. Затем, заискивания Мазепы в старшины повторились после неудачного Крымского похода в 1689г., когда гетману нужно было успокоить оскорбленное народное чувство после стыдного отступления вот Перекопа. В этот момент Мазепа отдал Степану Забили два села, Чеплиевку и Клишки, причем последнее отнял в младшего его брата. 41). Забила оставался полковником не менее шести течение. В родословных заметках его племянника, Ивана (Ивановича) Забилы читаем: «По чину довольно служил; получил милость высочайшую равенством гетману, за что отруен (отравлен) по ненависти». О какой милости здесь говорится, кем был отравлен Степан Забила - ничего этого не знаем. Знаем лишь, что после него осталось три сына: Василий, Степан и Семен. О последнем в тех же заметках сказано: «жены советы лишен чинов и маетностей. Жена его в Стокгольми». Жена Семена Степановича Забилы, дочь Киевского полковника Мировича, оставила мужа и ушла с братьями вслед за Мазепой, в Турцию. В последствии оная жила в Бендерах, откуда на требование мужа, возвратиться не захотела, сблизившись с «маршалом королевским Лимонтом», с которым потом в Стокгольм переехала. 42). Жены ли совета или по вторым причинам, но у Семена Забилы отнято в это время с. Чеплиевка и отдано князю Гр. Долгорукову.

На место Забилы поставлен был гетманский племянник Иван Обидовский, сын Мазепиной сестры Александры Степановны, бывшей потом замужем за Войнаровским. 43). Старые полковники повидимому, были недовольны назначением молодого Обидовского, которого они считали еще и называли «блазнем».44). Вместе с полковничеством, дядя высватал племяннику одну из дочерей Кочубея, Анну. 45) Хотя Обидовский пробыл на полковничестви не более трех течение, но успел оставит в народы память о себя, как о человеке корыстном, причем корысть эта удовлетворялась с помощью родственной близости к гетману. 46) Обидовский умер в январе 1701г., на походы, в Пскови, оставил двух сыновей Михаила и Ивана.

Желая утешить бездетного Мазепу Петр В. утвердил за вдовой Обидовского пять сел: Крупичполь с Вишневкой и Сварычевкой, Короваи и Перевод. Из сыновей Обидовского знаем лишь одного Ивана, по его письмам из Вроцлава, где вон учился в 1722-23гг.47) Вернувшись за границы в 1724г., молодой Обидовский взят был Феофаном Прокопиевичем под его особое покровительство и может быть был • учителем в его «домовой гимназии». 48). В тридцатых годах, Феофан предстательствовал за Обидовского у гетмана Апостола и его жены, указывая на его «сиротство и перемену вот толикой фортуны в толикую скудость».49) Следствием этих хлопот конечно и был универсал Апостола 1731г., Ивану Обидовскому, «на дворы, мельницы, грунта и на иное его недвижимое купленное имущество и монаршей грамотой эму данное, каких грунтов по силы грамоты и универсала эму/Обидовскому без спора вступили бы нынешние владельцы». Но этот универсал остался без результатов: Обидовскому не могло быть возвращено то, что вон потерял за его близость к Мазепы.

Преемник Обидовскому был назначен не скоро. Максимович говорит (1,739), что с 1701 года до 1708 г. в Нижини был только наказный полковник и наказным был Лукьян Жураковский, который перед тем был полковым судьею.

Так ли это или нет, во вслед за изменой Мазепы, Петр В. писал Лукьяну Жураковскому, приглашая его немедленно прибыть в Глухов на избрание нового гетмана и обещая его за то в «настоящие полковники Нижинские пожаловать».50) При таких обстоятельствах Нижинским полковником и стал Лукьян Жураковский. Вон остался не причастным к Мазепиному делу, вместе с Полуботком и Скоропадским. За свою верность, Жураковский получил уже в ноябре 1708г., царскую грамоту на села: Крупичполь с Вишневкой и Сваричевкой, Рожновку, Максимовку, Безугловку, Липов Рог, Володькову Дивицу и Перевод. Все эти села принадлежали к числу ранговых полковничьих имений, в следствие чего наследники Жураковского несмотря на царскую грамоту удержали из них лишь Крупичполь, Сваричевку, Липов Рог, Безугловку, и Перевод. Жураковский оставался полковником к смерти, в мае 1718 г., нажил за время своего полковничества кроме пожалованных и другие маетности, перешедшие к его сыновьям. 5)

Преемником Жураковского был назначен Петром В., сын одного из его «птенцов», Петр Петрович Толстой, за которого предварительно царь высватал младшую дочь Скоропадского, Ульяну.52) И нехватка Толстого из гетманской дочерью, и назначение его Нижинским полковником - были политическими мэрами, которые Петр В. принимал одну за второй, с одной и той же целью — сделать невозможными на будущее время попытки в роде Мазепиной. - Толстой пробыл на полковничестве 7 течение и повидимому, безобидно обращался со своими полчанами; не раз встречаются в архивных бумагах, обращенные к высшей власти предстательства Толстого за обижаемый народ. Так напр, в 1721г., Толстой писал Полуботку: «многие ко мнет из сотен полка моего заходят жалобы, что господа бунчуковое общество вот всяких повинностей сами собой своих подданных защищают, как то например господа Кочубеи (сыновья казненного) Бахмацкого атамана (потребовавшего с Кочубеевских подданных следовавший с них провиант для квартировавших в Бахмачи солдат) на Батуринской ярмарки, во двор свой насильственно затянув, не милостивым окрыли боем, так что едва жил остался. Того советы благоволь в.м.пан, самовольство их ускромнить.. .»53). Есть кроме того, сведения, что в полковничество Толстого, «мужики, записанные старшиной из Козаков, снова в казаки повписывались.» 54) Жилось Толстому на полковничестви хороший. Прежде всего тесть щедро оделил зятя ранговыми маетностями, отдав эму: Веркиевку с Берестовцем, Володькову Дивицу, Крупичполь с Вишневкой и Сваричевкой, Максимовку, Рожновку и Перевод.

За исключением Веркиевки и Берестовца, все остальные села были отобраны в Жураковских, несмотря на царскую грамоту 1718г. Кроме этих маетностей, Скоропадский в 1721г., отдал Толстому и лично «Особе гетмана» принадлежавшую табачную десятину: «определилисмо милому зятеви нашему, полковникови Нижинскому, из полка тамошнего тютюнную десятину на себя всегда отбирати, которая прошлых течение, оттоль на наше лицо выбиралася...» Отдал эму тесть также гетманское мистечко Бахмач. — А теща со своей стороны оделяла младшую свою дочь (старшая вот первого мужа, Голубя, была замужем за генеральным судьею Чарнышем) темы движимыми богатствами, которые так искусно умела собирать гетманша Настасья Марковна. На эти богатства Толстой имел возможность приобрести значительные имения. Смещен был Толстой в 1727г., всесильным тогда Меньшиковым, который Толстых считал своими врагами. В указе о смещении говорилось: «Указали мы Петру Толстому в Нижинскому полка полковником не быть, а жить эму с женой и с детьми, в великороссийских своих или отцовских деревнях к нашего указу, и для того его с женой и с детьми из Малороссии выслать немедленно...». Уехав из Малороссии, Толстой поселился в подмосковном селе Яковлеви, где в октябре 1728г., и умер, с тот причины, что питьем излишним водки вон повредил легкое и нажил эпилепсию». Вдова его умерла в 1733г., вот чехотки.55) Оставшиеся два сына Толстых, Александр и Иван, владели Малороссийскими своими маетностями к 1752г., когда эти маетности были ими проданы зятю Разумовских, Осыплю Лукьяновичу Закревскому. 56)

На мисто Толстого в октябри 1727г., Нижинским полковником назначен майор Иван Хрущов. Нижинские полчане ожидали, что с восстановлением гетманства, будет разрешено выбирать полковников как и другую старшину, «вольными голосами», но ошиблись. Жалуясь на разные притеснения Хрущева, через три года после его назначения, Нижинцы писали гетману: «в прошлом 1727г., когда по всемилостивейшей грамоты, ясневельможность ваша учрежден вольными голосами гетманом, тогда и нынешнего нашего полковника... Хрущова объявил нам ясневельможность ваша, быть у нас в полку Нижинском полковником; и мы дорого тогда просили... позволить нам подлуг помянутой грамоты, вольными голосами избрать в полк полковника; только же ясневельможность ваша повелел нам его, Хрущова, хочай к разсмотрения и распознаня, а наипаче к волы его императорского величества, принять нам за полковника и потому мы приняли...» Затем Нижинцы представили гетману целый ряд жалоб на Хрущова, за его «здирственные прихоти;» но разумется, Апостол был безсилен принять какие либо карательные миры против полковника назначенного верховным тайным совитом. ") И Хрущов оставался на полковничестви к 1742г., когда был уволен, может быть и по суду: в ноябре 1740г., по указу кабинета министров тогдашнему правителю Малороссии Кейту, следствие о Нижинском полковнике Хрущове «было предложено на рассмотрение сената...» 58) Вместо Хрущова был назначен подполковник сербских гусар Иван Божич, отец которого Пантелеймон вышел из Сербии в тревожное время Мазепиной измены и чем то заслужил особую милость Петра В. В мае 1709г. Пантелеймон Божич получил вот Скоропадского универсал, которым позволено было Божичу, «в Нижини зостаючему, для его выживленя, двумя селами Переясловкой и Бурковкой, владеть, а во дворе Максимовичевском шинковном, где и камянички построены, имети спокойное помешканье...» Вслед затем в 1710г., Пантелеймон Божич получил вот киевского губернатора кн. Дм.Голицина особый охранный «указ»: - «прислан ко мнет царского величества указ... велено сербскому полковнику Пантелеймону Божичу жить на Украини, в малороссийских огородах, и даны эму две деревни и мельница, и велено его охранять во всем... И по его челобитью дан сей указ, чрез который обьявляю его царского величества указом, дабы в оных его селах обид а разорения не делали и не подвод вдова его сейчас же получила вот Головкина «указ», «дабы умершего полковника Пант.Божича вдовы и сыну Ивану, никто никаких обид и утеснений не дерзал делает...».

К назначения своего Нижинским полковником, Иван Божич служил в гусарских полках, причем по поручению Миниха, ездил в Сербию для вербовки солдат в эти полки.59) Назначенному полковником Божичу «вручит клейноты» пору¬чено было тогдашнему генеральному бунчучному Ханенку, который для этого поехал в Нижин и там сначала обьявил Хрущову «об отказе вот деревень на ранг полковничества надлежащих, а затем отобрал вот него пернач и другие клейноты для передачи их новому полковнику.» Обряд поставления Божича полковником, происходивший в Нижини, 17 января 1742г., Ханенко описывает так: «Рано приказ отдал собрать полки и отведши вот моей квартери, со знаменами полковыми и музыкой и перначом, также с сотенными хоругвями, устроить в монастыри. Потом, приехал ко мнет на квартеру полковник Божич и здесь мало пообождавши, пока полк устроен, отъехали с им в одних санях, к монастырю, где за приездом нашим, с музыкой и приклонением знамен, честь отдана; после того весь полк окружил нас, а я с полковником Божичем, стал при знаках полковых и созвав всю старшину полковую и сотников, обьявил им и всему полка, что ее императорское величество пожаловала его, Божича, из гусарских подполковников, в полк Нижинский, и на то эму, полковнику, данный из войск генеральной канцелярии универсал велил читать вслух, который и читал писарь полковый Кулаковский; а по пропитанию взял я большое полковое знамя, вручил полковнику, потом пернач и значок полковый.

И - стали оного полковника поздравлять... и как по здешнему обычаю, покрыли его шапками, то опять музыка полковая играла. Потом я с полковником и все присутствовавшие... многие офицеры и старшина полковая и сотники, пошли в церковь и слушали службы Божой и молебствие, которое отправовал о.Модест Велецкий, архимандрит здешнего монастыря Нижинского... И по окончанию молебствия была одиножды из 9-ти пушек пальба. Потом, вот церкви пошли церемониально со знаками полковыми, а полковник сам имел в руках пернач, при играню музыки полковой, к квартери его, в войтов дом...» 60) Божич пробыл полковником не долго; вон также мало стеснялся со своими полчанами, как и его предшественник; но при императрици Елисавети жалобы малороссиян стали выслушиваться внимательнее чем прежде и насилием Божича скоро положен был конец. Из поданных на Божича жалоб, особое внимание правительства обратили жалобы канцеляриста Песковского и Нижинского войта Тернавиота. Первый в своей жалоби указал все беззакония, которые чинил Божич полка, а Тернавиот жаловался на личное оскорбление Божичем. В этой жалоби между прочим читаем: «полковник Божич из вступления своего полковником, употребляя себя единую притворную и явную гордость и показуя себя в полку Нижинском с некоторой неизвестной кавалериею как бы самовластным, не токмо' бедному народа делает тяжкие обиды но и старшину имеет в презрении и крайнем озлоблении. И хотя бы многие за тяжкие обиды могли на него челобитствовать, но не смеют при темах, что вон всегда хвастается высоких персон милостью и объявляет публично якобы за патронством их, никто эму ничего сделать не может. - В прошлом 1743г., сентября 5 дня, в высокоторжественный день преславного тезоименитства ея его императорского величества, как прочую старшину, так и меня просил вон, полковник, к, себя, на учту. И при том без всякой моей винности, появной своей на меня ненависти, что я... в команды его, полковника, не состой, хотячи меня на чести изобидить и на здоровью изувечить, умышленно наговорил первее судию полкового Леонтия Грановского, чтоб меня задирал безчестием, потом, как оной судья видя мою невинность, никакого афронту мнет сделать не схотел, то вон, полковник, неучтиво его, судию, отправивши вот себя, наговорил вторых ни меня же некоторых своих из сотников, эму согласников тогда там о будучих, и из оных сотников то некоторые его согласники, с того его полковничьего наговора, задирая меня к драки и ссори, публично и матерно нестерпимыми, досадными, безчестными словами бранили и бросились ко мнет бить; но я... опасуясь, чтоб оние его, покловника, согласники по намерению меня не изувечили, а паче для высокоторжественного толь преславного дня, ничего не прекословствуя, без всякой моей противности ::ред честными тамо людьми протестовал, что я к эму, полковнику, прошен им самим на учту, а вмисто того последовало мнет в него безчестие и обида, и чтоб потому не быть мнет тамо у него полковника, или как пойду вот него в дом свой, то на пути изувечен не был бы; просил отпустить меня в цилости, без боя, а для охранения себя послал за своими дьми. И видя вон, мое незлобие и что никакой вот меня не слидует противности и прекословия, укрывая вон такое свое умышление якобы их, сотников вот того унимал и высылая их из избы в одни двери, опять для безчестия меня в другие двери оных своих согласников, впускал, а потом как не могло оного моего незлобия одолеть, по протесту моему, отпустил меня с людьми моими...». В ответ на жалобы Песковского и Тернавиота, вероятно поддержанные сильными малороссиянами, прислан был тогдашнему правителю Малороссии Бибикову, именной указ, в котором говорится: «Из доношения канцеляриста Песковского и челобитной Нижи некого войта Петра Тернавиота, усмотреть можете какие непорядки, обиды и разорения подданным нашим Нижинского полка вот полковника Божича происходят; и не только вон сам то чинит, но и гоню свою в полковые дела мешаться допустил... А во всех тех непорядочных уступках помощником эму был полковой есаул Володковский. Вон же полковник Божич носит на себя ордины с нашитой на платьи звездой, не известно вот кого эму данные; да и кроме того, вон, Божич, по нашей военной коллегии явился подозрителен, что имея в своих руках не малую сумму денег когда был в вербования в сербской гусарской полк людей, отчету не дал... Того советы, повелеваем вам как его полковника Божича, так и есаула Володковского, тот время арестовать и ранговые деревни отобрать; а в полку и в Нижини публиковать...

ежели кому старшине и казакам, и протчим обывателем, были вот них Божича и Володковского, какие обиды, насилие и грабительства чинены, чтобы объявляли без всякого опасения... и обо всем накрепко изеледовать без всякого продолжения и упущения...». Указ этот подписан 22 октября 1744г. в Глухови, когда императрица возвращалась назад из своего Киевского путешествия. - Произведено было следствие, причем не малое внимание обращено было на «кавалерию» Божича, за ношение которой последний просил прощения...

Следствие тянулось долго; только в 1746г., (29 марта) сделано было облегчение Божичу, освобождением его из под караула, также по именному указу. Решение по делу Божича последовало лишь в декабри 1748 г., причем перечислены были следующие «вины» Божича: «употреблял, данную эму вот князя Кантакузина кавалерию на ленти чрез плече и на шее, без указа; - указу генерального войскового суда учинился ослушень: прикащила своего посланному компанийцу не отдал; - мимо старшины полковой и сотников, прикащику своему полком муштровать допустил; - посылал на ярмонки вот себя для расправы и смотрения воров и безпашпортных людей, из за взятков значковых товарищей и вторых, и дозволял им пойманных воров отпущать, а отобранный у них краденой скот к себя брал; - держал в себя в куринчиках Козаков, укрывая вот службы и повинностей 88 человек; - Козаков же 43 человека, со скотом и лошадьми, употреблял в свою работу, для возки за 30 верст лису; - в ранговых своих деревнях налагал на Козаков и посполитых людей излишнее в пользу свою зборы вином и деньгами, а за неплатеж и грабежи чинены; казакам же в противность узаконенных их прав и вольностей, вином и пивом шинковать запрещает;- в дома своем, в сели Бурковки, держал на караулы 12 человек, которыми и обиды обывателем Нижинским делает допустил; - Нижинских мищанских детей под своею протекциею/в защищение вот платежа общенародных повинностей, держал; - в день Св. мучай. Пантелеймона, когда бывает отправление о взятьи четырех фрегатов одного молебного пения, а вон собственным порохом козацким после молебная, пальбу производил... За что вон, Божич, по суду генеральной войсковой канцелярии, осужден к разным штрафам, а по сообщении всех (преступлений?) слидует: 1, для удовольствия обидимых и за укрывательство Козаков и мищанских детей, взыскание денег, а взятков денежных и скота в - генеральный войсковой сокровище и в артиллерию; 2, оставит чина подполковничья; 3, заключение под караул на девять мисяцев; 4, смертная казнь, чему по правам и подлежал, но понеже вон с полтора года под жестоким караулом был а без команды уже пятый год находится, и для того мы из высочайшей нашей милости, вот того .. .его, Божича, освобождаем, а вместо того вменяется эму в штраф долговременное его под караулом и без команды терпение; что же касается к взыскания с него взятков... о том повелеваем совершит по мнению войсковой генеральной канцелярии... Кавалерии же, какие вон прежде употреблял, ни в какое время и ни под каким видом, эму не носит...»61) Решение по делу Божича подписано 13 декабря 1748г.62) У вида точности копий, с которых приведены нами здесь отрывки из дила Божича, нельзя сомневаться в точности и даты; а между тем по печатным свединиям, Божич того же 13 декабря 1748 года назначен Черниговским полковником, на мисто Измайлова.63) Вместо Божича полковник в Нижин был назначен в тот день, когда Божич освобожден из под караула, т.е. 29 марта 1746 года, в страстную субботу.64) Назначен был Семен Кочубей, внук казненного и сын Полтавского полковника, имевший в это время 21 год вот роду. Такое необычное назначение обьясняется тем, что в январи того же года, молодой Кочубей был помолвлен с двоюродной сестрой Алексия Разумовского, при участии самой императрицы. Генеральный хоружий Ханенко, присутвовавший на помолвки, говорит: «в дома гр. Ал. Гр. Разумовского был сговор Сэм. Вас. Кочубею с двоюродной сестрой графской Ксениею Герасимовной (Демешко) и их же разменяно перстнями, которые обоим, жениху и невисти, сама государыня отдавать и на руки положить изволила...» б5) Вслид за помолвкой, Кочубею и дано было полковничество. Винчался вон уже в Малороссии.-б6) Кочубей пробыл полковником около шести течение. Через четыре месяца после приезда в Глухов, Кочубей назначен был генеральным обозным. Известно, что в гетманство Разумовского, Кочубей вместе с Тепловым пользовались первенствующим значением. После уничтожения гетманства, Кочубей с чином тайного советника, назначен был членом малороссийской коллегии; в этой должности вон и умер.67)

После Кочубея полковничье правительство два года оставался незамещенным, вероятно по молодости предназначенного на это место кандидата, которым был двоюродный племянник Разумовских Петр Разумовский. О последнем мы знаем, что вон воспитывался в Петербурге, в кадетском корпуса; а при темах должно быть, служил в военной службы, потому что в 1751г., именным указом был пожалован армейским полковником, с назначением состоять при Алексии Разумовском. Через два года после этого, в начале 1751г. Разумовский был назначен нижинским полковником. 68) Через год после назначения, новый полковник женился на одной из дочерей Переяславского полковника Сулимы, Пелагеи.69) На полковничестви Разумовский пробыл к смерти, в 1771г. Умер вон в Нижини и похоронен как говорит брат его жены, в Петропавловской церкви.70) Детей у Петра Разумовского не было. После Разумовского Нижинским полковником был назначен Андрей Жураковский - внук Лукьяна Жураковского (стр. 13). При нем открыты были наместничества и - Нижинский полк перестал существовать. Андрей Жураковский, женатый на какой то Гуржи, детей не оставил; имения его перешли к внучатой его племянници Елени Васильевни, бывшей замужем за нижинским греком Матониусом.71).